На лицо, таилонки выглядели практически как люди, только с огромными миндалевидными глазами, острыми ушками, торчащими выше чем у человека. Тело, кроме лица и ладоней покрывала тончайшая словно пух шёрстка, а сзади торчал забавный полуметровый пушистый хвостик, с кисточкой на конце.
Сагерра Амра, считалась красавицей по любым меркам. Одетая в лёгкое тёмно-синее платье из паучьего шёлка, посверкивающее золотыми искрами и туфли на высоком каблуке, и так высокая для своего племени таилонка, приходилась почти по плечо Владимиру.
Стоя в толпе других таилонцев, мужчин и женщин, она сразу увидела выходивших из хранилища, и шагнула навстречу Соколову.
Для таилонцев с их сверхчувствительным носом, запах Владимира, чуть вспотевшего и в облаке пороховой гари, навалился словно лавина, и глаза кошачьих стали ещё больше.
— Когда мне сказали, что у банка есть решение возникшей проблемы, я признаюсь, не очень поверила. — Она улыбнулась, обнажив совсем нечеловеческие клыки.
— Но теперь вижу, что ошибалась. Что хочет спаситель наших котят, за свой подвиг?
— Альба Сагерра. — Владимир склонился в «поклоне вежливости». — Нет ничего геройского в том, что я сделал. Просто слегка подмёл пол, чтобы мироздание стало чище.
— Это неправильно. — Женщина покачала головой, а её хвостик, протестующе крутанулся в воздухе. — Вы отказываетесь от награды будто…
— Альба. — Владимир использовал старый, почти не используемый формат обращения к таилонке, означающий уважение и преклонение, имея в виду что каши маслом не испортить.
— Я сделал то, что не мог не сделать, и мысли о награде, последнее что стоит обдумывать в бою. Так что повторю. Я просто выполнял свою работу, за которую мне, кстати очень хорошо платят. — Владимир снова поклонился.
В ответ Альба неожиданно улыбнулась и глядя прямо в глаза Владимиру, лизнула языком кончик носа.
— Я уверена, мы что-нибудь придумаем.
Таилонцы возбудились так, потому что слова, это всегда слова, а среди убитых МежМировая Полиция опознала трёх каграсских мастеров боя, и двух специалистов по «работе с заложниками», так что представление предполагалось предельно кровавым.
Но всё кончилось, напоровшись на одного человека, и конечно родители, благодарные за спасение детей, преисполнились желания достойно отблагодарить своего спасителя.
Самое простое и естественное, если не можешь заплатить конкретному исполнителю — заплати его жене.