Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
Раздел Chitat.online для книги «Князь. Война магов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Саблей до врага он не доставал, а потому рубанул через лоб его лошадь. Всадник повалился на землю, выронил пику, попытался достать меч, но не успел: Зверев хлестко резанул его от левой ключицы к нижнему правому ребру – напополам!
Скакун под Андреем вдруг повалился набок, прямо на подскакавшего татарина. От его сабли князь прикрылся щитом, сам уколол снизу, под полу обшитого железными пластинами халата, в живот. Удар по затылку заставил князя согнуться, и он оказался зажат между двумя лошадиными тушами, причем вороной налег всей своей немалой массой ему на ногу. Андрей пару раз дернулся – никаких шансов вылезти не оставалось. Зато была вероятность того, что какая-то из лошадей встанет копытом ему на голову. Зверев прикрылся щитом и приготовился к долгому ожиданию. Когда сеча закончится, победители пройдут по полю, заберут своих раненых и контуженых, добьют чужих.
В любом случае не меньше пяти крымчаков он сегодня зарезал. Теперь и умирать не страшно – его совесть чиста. Свой долг князь Сакульский выполнил…
Сверху на щит навалилось что-то еще, почти расплющив молодого человека, спустя несколько минут тяжесть стала еще сильнее – и Андрей потерял сознание…
– Княже, ты жив? Ты цел, Андрей Васильевич?
– А куда я денусь? – открывая глаза, простонал Зверев. – Не родился еще тот татарин, что меня одолеть сможет! Нога… Что с ногой?
– Стрела в кость воткнулась, да дальше не пошла, – ответил Пахом. – Пока ты в беспамятстве был, я ее выдернул, порошком ноготковым[65] засыпал да сверху мха болотного наложил и замотал поплотнее, дабы кровь не сочилась.
– Обезболивающего у тебя нет?
– Чего?
– Бутылки вина хорошего или еще чего такого.
– Прости, Андрей Васильевич, не додумался.
– Зря.
Андрей поднялся, опираясь рукой на плечо холопа, но ладонь соскользнула, и князь упал на крымчака в халате с пластинами. Под ним Зверев углядел сноп белых оперений, тут же ухватил, потянул к себе. Увы, татарский колчан оказался переломан надвое вместе со всем содержимым.
– Вот, черт!
– Не грусти, княже. Я тут маненько надыбал, пока тебя искал. Вот, смотри! – Дядька продемонстрировал плотно набитый колчан. – Можно теперича и побаловать. Жалко, стрелы незнакомые. Неведомо кто и как их мастерил. Такие точно не пустишь.
– Потери в полку большие? – Кто кого одолел, Андрей спрашивать не стал. И так было ясно.
– Сотни три, вестимо. – Пахом помог князю сесть на круп мертвой лошади. – Стрелами больше посекли, басурмане.
– Так мало? А татар?
– Мыслю, сотен десять осталось, коли не более. Побегли крымчаки быстро. Первый удар они еще снесли, а вот от второго опрокинулись. Они-то, нехристи, стрелами хотели покидаться. А мы их молчком да в рогатины! Они и побегли, не выдержали. Славно вдарили, теперича дотемна не опомнятся.
