Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
Раздел Chitat.online для книги «Князь. Война магов» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Андрей Зверев, князь Сакульский, обладает редким даром – он знает будущее. В XVI веке ему открыто, что Казанское ханство принесет гибель Руси. Чтобы предотвратить катастрофу, князь должен действовать сейчас, пока враги еще не осознали свою силу. Ему предстоит вести тайную войну магов за...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– В Грановитые палаты у государя отдельные двери имеются. Пошли, авось там больше повезет.
Они вернулись к царским дверям, свернули влево, вошли в золотую светлицу – и неожиданно оказались в гуще довольно тесной толпы. Князья, бояре, иноземцы, чернецы роились, подобно пчелам, ожидающим появления новой матки. Раз государь причастился и исповедался, это означало, что уже не дни – часы его сочтены.
– Стервятники, – пробормотал Зверев, пробираясь вперед.
– Андрей Васильевич! – узнал князя низкорослый седобородый боярин. – Какая радость! Давненько вас не видели. Княгиня Ефросинья Федоровна тоже не раз о тебе справлялась. Доблестью твоею поражалась, желала лично лицезреть. Дозволь, я тебя, Андрей Васильевич, ныне же ей представлю?
Зверев заколебался, оглянулся на отца.
– Княгиня Старицкая, мать Владимира Андреевича, – шепнул боярин.
Это объясняло многое. «Потенциальный противник» предлагал провести переговоры.
– Конечно же, и я о княгине много хорошего наслышан, – галантно кивнул Зверев. – Буду искренне рад познакомиться.
– Прошу, прошу, – обрадовался седобородый, сопроводил Андрея до Царицыных палат, отворил перед ним дверь и тут же закрыл, отсекая снаружи всю княжескую свиту.
– Княгиня Ефросинья Федоровна? – Зверев приложил руку к груди, склонил голову: – Какое счастье лицезреть столь прекрасную и мудрую женщину.
Он вежливо улыбнулся и наконец-то взглянул на мать своего самого лютого врага.
На вид ей было немногим больше сорока. Румяная, дородная клуша в тяжелом парчовом платье и с жемчужной понизью в волосах. Золото, самоцветы и серебряное шитье, покрывавшее одеяние, весило, пожалуй, не меньше пуда и без труда сдержало бы скользящий сабельный удар. Кроме милой леди, здесь находилось еще четверо бояр – все в дорогих ферязях и шелковых рубахах. Не чета увлекшемуся рясой государю.
«Надо же, они уже обосновались в Царицыной палате! Спасибо, хоть на трон свою попу еще не опустили».
– Я вижу, ты с дороги, княже? – склонила в ответ голову женщина. – Подходи к столу, подкрепись с дороги, выпей вина. Зима ныне холодная, ветер, сырость в нетопленных углах. Вот и государь наш захворал… Вино, вино от простуды хорошо спасает. Налей гостю, Афанасий Семенович!
– Благодарствую… – Андрей принял налитый до краев кубок, поднес к губам, несколько секунд подержал и поставил обратно на стол. Он слишком любил жизнь, чтобы проглотить хоть что-то из рук Старицкой свиты.
– Наслышаны мы про деяния твои преизрядно, – взмахнув веером, продолжила княгиня. – Про мужество в битвах казанских, про Тулу, про старания иные. Болит наше сердце за то, что труды твои оценены не по достоинству. Мыслю я, отныне и жалованье твое служивое втрое увеличено будет, и удел возрастет достойно роду и чести твоей.
