В холодных водах реки, где зверев оказался, магия бурлила вокруг, создавая необычайную атмосферу. Князь Сакульский с головокружительной легкостью плыл по течению, его силуэт мерцал от загорающейся луны, а вокруг него в воздухе играла зеленая пена. Этот роман охватывает стремление бывшего князя стать магом и его ужасные приключения на пути к власти, когда он узнает, что каждое новое превращение может быть его последним....
Поэтому боевые действия возобновились только третьего января и возобновились Красной армией – когда ушедший далеко вперед корпус догнала его артиллерия, а в баки «тридцатьчетверок» потекла живительная зимняя солярка. Кавалеристы, теперь уже спешенные, попытались выполнить задуманный несколько дней назад маневр: обойти Котельниково с тыла, через Похлебин и реку Аксай.
Первый эскадрон в наступлении не участвовал. Они остался прикрывать уже не сам корпус, а ведущие огонь куда-то за полтора десятка километров гаубицы и тысяча сто тринадцатый зенитный артполк.
"– Наступают… – лежа на спине, прислушивался к далекой канонаде Шеремет. – Только медленно идут. Видать, тяжело. С немцами плохо, они никогда не драпают. То есть бывает, но редко. Немец обычно в окопе дохнет, а не по полю улепетывая. Нам как-то пленный признался, что у них за отход без приказа сразу штрафбат положен.
– Так и у нас штрафбат, – заметил Зверев.
– Э-э, ты не сравнивай, – усмехнулся сержант. – У нас из штрафбата с возвращением всех наград, званий и должностей отпускают, коли кровью искупил.
Словно в ответ, земля затряслась – в степи между кавалеристами и гаубицами заплясали многочисленные разрывы.
– Смотри, «ганомаги»[7], – обрадовался сержант, доставая из-за пазухи затвор. – Это наши мишени, сейчас мы их оприходуем. Патрон!
Позади почти на минуту наступила тишина, после чего земля под немецкими танками вздыбилась, их закрыло сплошной стеной разрывов. А когда мерзлые комья упали, стало видно, что перед городом остались три искореженные машины – прочие отступили.
– Ну что такое! – обиделся Шеремет. – И стрельнуть не дали…
Тут земля затряслась снова – но на этот раз фашисты довольно точно накрыли позиции гаубиц. Минут пять – и град снарядов рухнул уже на зенитчиков. А потом танки выползли на поле снова.
– Ну теперь они мои! – припал к прицелу сержант. Грохнул выстрел – но кому он предназначался, Андрей не знал. – Патрон!
Хлопнул новый выстрел.
