В книге "Князь Вольдемар Старинов" читатель окунется в мир чертогов и драконов, где грусть соседствует с неожиданными приключениями. Князь Вольдемар сталкивается со своей страшной судьбой, вызывая интерес к его жизни и борьбе за сохранение мира между людьми и мирами природы....
— А когда вы будете меня учить драться? — праведно возмутился я. От былого энтузиазма, когда мне сказали, что этот человек будет учить меня рукопашному бою, не осталось и следа.
— Драться? — деланно удивился инструктор. — Я не собираюсь тебя учить драться. Я собираюсь учить тебя выживать. И побеждать.
— Как в фильмах показывают?
— Там показывают цирк. А я в цирке не выступаю, и потому ныть перестал и делай, что говорят. В бою главное не победить врага.
— Да? А что главное? — заинтересовался я.
— Главное победить его максимально быстро! Понял? Там нет времени на оценку его сил и всякие правила.
— Нет.
— Ничего, со временем поймёшь. Просто запомни, что идеальный бой заканчивается одним ударом. Второй требуется разве что для добивания. Но если ты всё сделал правильно, то и второго уже не требуется.
— У меня комплекция не та, — с умным видом повторил я подслушанный разговор Александра Петровича с рукопашником. — Я маленький.
Я действительно всегда был небольшого роста.
"— Не переживай. — Инструктор даже не улыбнулся. — Комплекция тебе не помешает.
— Ножны, всё-таки, хоть и укреплены и имеют острую стальную заглушку на конце, но всё же не так прочны, чтобы выдержать такое обращение слишком часто.
Володя пожал плечами.
— С собой я возьму новые, а тренироваться надо.
— Логично. А не хочешь размяться? — Михайло Потапыч откинул полотенце на скамейку. Вообще-то настоящее его имя Михаил Иванович, но на базе инструктора-рукопашника все называли Михайлом Потапычем. Не знаю уж, что нашли общего у этого человека с медведем, но прозвище прилипло к нему настолько прочно, что порой даже начальство обращалось к нему таким образом.
Я покосился на клинки.
— Извини, — инструктор развёл руками. — Но с мечами я не умею. Могу любой предмет превратить в оружие. Если понадобится, смогу сражаться и с мечами, но против мастера не устою. Господину Шутеру я не соперник.
— Я же не Павел Викторович.
— Ты нет. Но твои тренировки с ним я видел. Пойми, если бы этот бой что-то дал тебе, я бы не отказался, но для тебя он бесполезен. Ты не извлечёшь из него ничего нового.
