Поскольку удержаться на ногах вы не могли, вам пришлось двигаться только туда, куда вас вели, но вы намного тяжелее девочки, а потому она вынуждена была слегка сдвинуться, чтобы пропустить вас мимо, а не бросить, как сделала бы с ровесником, при этом продолжая удерживать кисть. Вам же показалось настолько обидным быть уроненным какой-то девчонкой, что вместо того, чтобы послушно упасть, вы рванулись в сторону, но мышцы в этом месте, — Володя нажал на точку на запястье солдата и тот опять сморщился, — слабы. За счёт своей силы и массы вырвать руку вам удалось, но ценой серьёзного вывиха.
— То есть что… получается, это я сам себе руку вывернул? — озадачился солдат.
— Получается так, — согласился с ним Володя. — Если бы вы продолжали идти туда, куда вела вас девочка, всё ограничилось бы простым падением. Обидно, но не более. — Он повернулся к девочке. — Я тебе ведь уже говорил, что противника надо чувствовать. Чув-ство-вать! — по слогам повторил он. — И контролировать. Ты должна была понять, что противник будет сопротивляться твоему движению и направить его в другую сторону. Или ты специально хотела вывихнуть ему кисть?
— Не хотела я! — возмутилась Аливия и на всякий случай всхлипнула. — Я перепугалась сильно, а этот… он так сильно дёрнулся, что я не успела ничего сделать!
— Я и говорю, что ты не контролировала противника. Завтра с утра займёмся с тобой отработкой этого приёма, а то так ещё кого покалечишь.
— Я же не специально-о-о, — девочка опять захлюпала носом.
Озадаченные Конрон и Донг переводили взгляды с Володи на девочку и обратно.
— Подожди, — потряс головой Конрон. — Ты хочешь сказать, что всё вот это получилось у неё не случайно? Что это какие-то боевые приёмы?
— Не боевые, а просто приёмы для самозащиты. В бою от них как раз не очень много толку. А вот для девушек они вполне годятся. Как вы видите, даже слабая девочка может справиться с опытным солдатом. — Володя покосился на кисть рядового и удовлетворённо кивнул — она уже начала розоветь. — К счастью этот ваш коновал не успел наделать бед. Давай руку.
Озадаченный солдат протянул руку. Мальчик слегка сжал кисть, нащупал больную точку, а потом резко дёрнул и крутанул. Донг взвыл, а Конрон вскочил.
— Поосторожнее, князь! Я не хочу лишиться солдата.
— Да? А разве у него где-то что-то болит?
Солдат на мгновение замер, потом озадаченно глянул на свою руку, осторожно покрутил кистью. Убедившись, что движение не причиняет боли, он закрутил рукой уже более уверенно.
— Милорд! — взвыл он, рухнув на колени. — Спасибо, милорд.
Володя отмахнулся от благодарностей и поспешно вернулся за стол.
— Всё-всё. Вы же пострадали от моей сестрёнки, должен же был я помочь вам.
Надувшаяся Аливия скрестила руки на груди.