Володя достал стопку писем, которые Джером всё-таки сложил отдельно. Полнейшая белиберда, а значит шифр. Володя, для удобства, разбирал слова по буквам, пытаясь их произнести. Конечно, он не большой знаток языка, тем не менее ясно, что слов таких в нём точно нет, тут язык сломаешь пока произнесёшь.
В дверь постучали.
— Войдите. — Володя разложил перед собой на полу несколько писем и теперь изучал их.
В комнату быстрым шагом вошла графиня Лорниэль, едва не наступила на разложенные письма и замерла.
— Князь, я думала, вы прежде зайдёте ко мне…
— Зачем? — поинтересовался Володя, даже не подняв от писем голову.
— Зачем? — графиня явно растерялся. — Хотя бы из вежливости…
— Гм… Я у себя дома.
— И вас не интересует передала ли я послание Раймонда или нет?
— Нет. Я знаю, что вы его передали. За вами следили.
— Следили…
— Ради вашей безопасности, графиня. Я не был уверен, что в том письме не содержался приказ устранить вас как ставшую ненужной свидетельницу. Шансы этого были малы, поскольку восстание ещё не подготовлено, но присутствовали.
— И вы послали меня…
Володя встал и отряхнул штаны. Жестом предложил графине присесть на кровать, а сам сел на стул, поставив его напротив спинкой вперёд. Она как раз была такой высоты, что удобно было положить подбородок.
— Скажите, чего вы хотите?
Вопрос поставил графиню в тупик.
— Чего я хочу?
— Да. Сейчас, когда нет больше Раймонда, вам никто не угрожает. Чего вы хотите?
— Я… я… Да какой у меня выбор…
— Достаточный. В моих силах отвести от вас угрозу и вы вполне можете остаться, правда в этом случае вам придётся отказаться от мужа. Полагаю, король придумает что-то по этому поводу. Публичный отказ и тому подобное. Второй вариант: вы можете попытаться добраться до мужа, но в этом случае вам придётся нести всю ответственность и всю вину как жены предателя. Если мятеж герцога потерпит поражение тогда…
— Я знаю, чем это может мне грозить. — Графиня вдруг весьма эмоционально всплеснула руками. — Но какая вам от этого всего польза?!! Вы уже третий раз спасаете меня!
— Разве? — Володя задумался. — На пристани… С Раймондом… А когда третий?
— Да вот сейчас! Я ведь думала, что вы как и Раймонд будете меня использовать в этой вашей игре.
— Хорошего же вы обо мне мнения.
— Но милорд! Вы можете сдать меня и заслужить благодарность короля! А вместо этого…
Володя резко встал и откинул стул. Графиня испуганно сжалась, но мальчик просто подошёл к окну.
— Я видел смерть матери и сестры. Чудом уцелел сам. Если могу понять убийство отца… Заметьте, понять, а не простить, то убийство сестры и матери не пойму никогда. Они совершенно не мешали. Их вполне могли оставить в живых…
— Поэтому…
— Я вам уже говорил, что не воюю с женщинами и детьми.