В книге "Князь Вольдемар Старинов" читатель окунется в мир чертогов и драконов, где грусть соседствует с неожиданными приключениями. Князь Вольдемар сталкивается со своей страшной судьбой, вызывая интерес к его жизни и борьбе за сохранение мира между людьми и мирами природы....
Татьяна Николаевна объяснила это тем, что он ещё не дорос до него. Мальчик не спорил — может и так, но поделать ничего не мог. Слишком тяжёлый автор. Хотя талантлив, тут не поспоришь. Вообще её уроки отличались от обычных — они строились в виде беседы, в которой позволялось спорить, перебивать учителя, уточняя материал, если непонятно, или задавать вопросы. Очень оригинальная манера, но Володе она нравилась.
Кроме словесности, она ещё преподавала культурологию и обычаи народов мира. Потом ещё добавилась история мировых религий и философия.
Татьяна Николаевна задумчиво оглядела меня, спокойно сидящего за партой и благовоспитанно сложившего руки перед собой.
— Что-то ты какой-то мелкий.
Я сердито засопел. Никому! Никому я не позволял называть себя мелким!!! Да, я слишком маленький для своего возраста, выгляжу на восемь, но мне уже одиннадцать!!! И я уже почти взрослый!!!
— Ну-ну, не кипятись, — вдруг улыбнулась учитель. — Я не хотела тебя обидеть. На самом деле это начало нашего урока.
— Оскорбление? — возмутился я.
— А разве я тебя оскорбила? — деланно удивилась Татьяна Николаевна. — Знаешь, по обычаям некоторых народов, я сделала тебе комплимент. Там считается, что маленький человек — это человек выделенный духом и обладающий особой судьбой. И назвать кого-то мелким — вовсе не оскорбление.
— Да? — я задумался. — Но я ведь не из этих народов.
— Вот это ключевой момент. Ты обиделся, потому что не воспринял мои слова как комплимент. А вот абориген твоей обиды просто не понял бы.
Я честно задумался.
— Не знаю, — признал я поражение."
"— Вывод же тот, что если для тебя твои слова кажутся совершенно безобидными, это не значит, что они будут такими же для кого-то другого. Тебе предстоит отправиться в другой мир, где культура может быть совершенно отличной от той, к которой ты привык. И тебе надо научиться принимать её такой, какая она есть. Пытаться переделать культуру народа под себя не самый лучший способ обеспечить спокойную жизнь.
— А как же восстание Спартака?
— Как ты думаешь, если бы Спартак победил…
— Невозможно. С того момента, как он повернул от Альп обратно в Италию — он был обречён.
