В год страха. Вторая часть книги "Княжество Орловское". Илья Егорович Елагин, внук князя Галицина, уже полгода чувствует непонятные недомогания. Борьба с банальной болезнью легких переросла в серьезный вызов для лекарей и его благополучия.
Мое отношение ко всему происходящему было более спокойным, как я узнал у Леонида, особой разницы в том, где нам предстояло провести лето, не имелось, а раз так, то зачем лишний раз нервничать."
"Молодой офицер, вошедший в казарму мне с первого же взгляда не понравился. Высокий, одетый так, будто собрался на парад, он брезгливо осмотрел всех собравшихся и начал задумчиво перебирать бумаги, переданные ему Леонидом. В них, насколько я мог судить, находились наши личные дела. Вслед за первым гостем зашел второй - невысокий крепыш лет тридцати в том же лейтенантском чине.
- Что, Серафим, не нравится тебе задание да? - обратился мужчина к молодому офицеру.
- Не мне одному с этими возиться придется, Мирон, - ответил франт.
- Ты когда-то на их месте был, не забыл поди еще? Ишь морду он кривит.
- Эх Мироша, Мироша, когда ты уже манерам научишься? Уступаю тебе право выбора. С тобой рядом мне неприятно находиться.
Выпалив последние слова, Серафим вышел из казармы, бросив на нас брезгливый взгляд.
- А ведь раньше нормальным человеком был, - сказал Мирон совершенно другим тоном, перестав строить из себя неотесанного мужлана. - Ну что ребятки, посмотрим, давайте, кто тут у нас.
Мужчина с интересом закопался в бумаги, периодически хмыкая и кивая одному ему известным мыслям, наконец он отложил в сторону наши личные дела спросил:
- Кто из вас Берт?
- Здесь я, - шагнул вперед парень.
- Со мной пойдешь. Выбрал себе уже напарников?
- Выбрал, Даррелл и Виктор.
- Ты уверен? - удивился офицер. - Я конечно выбор твой уважу, но ты подумай, время есть еще.
- Даррелл и Виктор, - все той же уверенной интонацией повторил Берт.
- Леонид, - мужчина посмотрел на нашего наставника, - у тебя в характеристиках ничего не напутано?
- Все верно там.
- Понятно. Ну ладно, чего уж теперь. Лучше иметь под рукой троих друзей, чем людей, которые друг друга не переваривают. Так, значит, слушаем меня. - Мирон перевел взгляд на нас. - Вы на время практики до самой осени переходите в мое прямое подчинение, через пять минут жду вас на плацу. Все личные вещи взять с собой. Сюда вы больше не вернетесь. Время пошло.
Мирон вышел из казармы, дав нам возможность попрощаться с одногруппниками.
