Автор
Варталий Дерзкий сносит голову под ударами топоров: зима года от Рождества Христова 910-го, а от сотворения мира — 6417-го. Стемид изумленно восклицает, и все присутствующие за столом смотрят на Сергея с подозрением: неужели правление Князя Варяжского окончено? Мрачная атмосфера в крепости усиливается до отчаяния.
А что тяжеловат для изделия подобного качества, так не зря Сергей сказал, что стоит он золотом по весу. Его собственный леворучный однозначно полегче и поменьше. Значит, что? Значит — уступает. По весу.
— Есть у меня одна мысль, как все устроить, — сказал Сергей, дав возможность Игорю попереживать. Ну как попереживать? Если по выражению лица оценивать, так это были переживания кота, единолично завладевшего кринкой сметаны.
— Да? — рассеянно проговорил Игорь.
— Может, мне двор здесь, на Горе, купить? — сказал Сергей.
Игорь оторвался от созерцания. Глянул… Уже вполне осмысленно. Ну да. Луну с неба — это пожалуйста. А подворье на Горе — это серьезно. Тут действительно все свои, особо приближенные. А как известно, чтобы что-то купить, надо, чтобы кто-то что-то продал. И вряд ли дешево. Наивным князь Игорь не был. Цены знал.
— Только сразу условие: сам куплю, добро? Есть у меня деньги! — с гордостью сообщил Сергей. — Не с пустыми руками от франков вернулся! Довольно еще серебра осталось. Хватит!"
"— Одного серебра, может, и недостаточно, — озвучил очевидное Игорь. — Это Гора. Киев растет, а земли за внутренней стеной не прибавляется. Принудить же кого-то тебе уступить… Даже и не знаю кого.
Ясно, что не знаешь. Сергей уже навел справки. Вся Гора — это или очень уважаемые люди, вроде тех же хузар или ромеев, или Олеговы ближники. Или как у того булгарского купца: наследственное владение еще с тех времен, когда ни Олега, ни Игоря здесь не было.
— Не тревожься об этом, великий князь! — небрежно отмахнулся Сергей. — Найду я, кто мне подворье продаст. Вон их здесь сколько!
Острый взгляд — ответом. Нет, не так уж наивен князь Игорь. И первая эйфория уже схлынула. И сам взгляд стал другим. Расчетливым. Не упустил князь возможности поймать наивного белозерского княжича на слове. Хочет тот луну с неба? Пусть берет. Если дотянется.
— Что ж, — с важностью произнес младший киевский князь. — Найдешь того, кто захочет тебе место свое на Горе продать, покупай. Даю тебе на то от киевского стола разрешение!
Слово сказано. Княжье слово. Теперь он не отвертится. Такое даже Олегу потом не переиграть.
Сергей рассыпался в благодарностях, напирая на то, что единственное, что им движет, — желание быть поближе к центру великих дел, кои непременно станет вершить князь Игорь.
Так распинался, что у князя, похоже, даже совесть шевельнулась. Вартислав ему — лучший меч мира, а Игорь ему — луну с неба. Гипотетически.
