Жанр
В утреннем свете Ловати проплывает ряд кораблей-однодеревков. Они плывут против течения, под парусами, стремясь добраться до богатых княжеств на Юге. Мир между рекой и волоком наполнен тревогой и надеждой — вот где начинаются приключения.
Похоже, «Княжий человек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А действительно: что? Даниле было бы очень интересно узнать, как развивались события до его с Клеком прибытия. Рассказать об этом могли только Уж и Мал, которым сейчас оказывали помощь соратники.
– Мои люди могут об этом рассказать, но их ранили тати, на твоей земле, где ты должен нас защищать, – сказал старшина.
– Кто здесь тать, а кто нет – решаю я! – отрезал сотник."
"– Батька, позволь, я могу рассказать, как всё было, – попросил Уж, ему перевязали голову, полосы льна справа окрасились красным. – Мы вместе с приказчиками и челядью спали на лодке.
– Брешешь, собака!
– Рулаф! – окликнул гридня сотник.
– Да, всё так и было… Точь-в-точь, – раздались голоса из толпы.
Смоленский люд поддержал эти слова бурным ропотом.
– Тихо! – сотнику ещё раз пришлось повысить голос, после он опять обратился к обережнику: – Продолжай.
– Да я уж всё сказал. Пришли гридни, честных людей копьями отогнали и стали ждать, пока пламя раздует. Небось сами хотели выудить себе куниц.
– За языком следи, обережник. Доказательств у тебя нет.
– Да как же это нету! – возмутился староста Словенского подворья, запыхтел, словно котёл, накрытый крышкой. – Ты здесь поставлен, чтобы добро наше охранять, волею посадника. А тот – самим князем Владимиром! А люди твои беззаконие творят, татей попускают… Нет, такое не по Правде!
– Ты тоже, староста, не бросайся словами, тебя здесь не было.
– Да как же это… А люди твои, что говорят?
– Людей своих я сам выслушаю, и разбойников тоже. Пораненных унести. В поруб, пусть посидят пока, – упредив возглас негодования, уточнил сотник, – а дальше как посадник решит. Вы же, – суровое лицо повернулось к обережникам и купцовым людям, присоединившимся к ним, – остаётесь в своём праве.
