В далеком будущем, где технологии застыли на пределе возможностей, начинается история о человеке, решившемся отправиться через века и обратно во времени. Невероятная тайна ждет Данилу Молодцова в халатике от синтетических технологий, когда он встречается с женщиной, чей кокетство вызывает удивление и смех....
В честь деда и друга их отца, который вытащил того раненого в доспехах из-под воды. Да только лишь военное счастье переменчиво, не прошло и семи лет, погибли братья в одном из походов морских, только и успели, что сыновей родить да отвезти их разок в родные фьорды.
Но князь Ольбард о своих людях не забыл, поручил воспитание их сыновей своему сыну, младшему четвертому сыну, Вольгу.
Клек легко, привычной походкой по снегу, подбежал к воеводе, будто и не было за ним нескольких сотен степняков.
– Здравствуй, дядька, – махнул он приветственно рукой.
– И тебе не хворать. – Воевода медленно обвел варягов взглядом. – Вижу, в обережники подались?
– Так и есть, работа не дурная, и серебро в кошелях звенит, и славу есть где заработать, – подтвердил Шибрида.
– Про то, как мы от хирда нурманов и без числа всякой чуди отбились, по всем торгам поют, от Белоозера до Олешья. Славят нас и батьку, – прихвастнул Клек.
– А батька кто у вас?
– Великий воин, Воислав Игоревич, он и Святославу-пардусу служил, и кесарю ромейскому, и теперь по морям, считай ярлом сам по себе плавает.
– Что-то я о нем слышал, но так ли уж и сам по себе? – с прищуром спросил Варяжко.
– Он Владимиру присягнул, – не стал отпираться Шибрида, – один за всю ватагу.
– То-то я смотрю, чего это ладья торговая в такое время на Днепре забыла, да еще одна-одинешенька.
– А ты чего, дядька, тут забыл, сторожи рядом, невзначай гридни налетят, – нагло и весело спросил Клек.
– Да тоже вот дельце одно у меня есть, а гридней я не боюсь.
– Спешим мы сам понимаешь куда. В Киев к Владимиру.
– Выходит, стали служить братоубийце. – В словах Варяжко впервые прозвучал укор."
"– Не наш это выбор, но наш долг! Воислав сам не хотел присягать Владимиру, но так уж повернулось. Ссора у нас вышла с посадником смоленским. Без рода, изгоями, сам понимаешь: жить трудно. А как по мне, Владимир лучше, чем копченые, – дерзко и смело ответил Шибрида, он свой выбор сделал и поклялся в верности Воиславу и теперь от своего слова не отступится.
– Вот оно как, ну иначе и быть не могло. Владимир умеет гнуть людей под свою руку.
– Владимир нас не гнул, – обидчиво сказал Клек, – мы сами все порешили. Да еще поручение от князя непростое сразу получили! – запальчиво добавил он.
Шибрида укоризненно посмотрел на брата, да тот и сам понял, что сболтнул лишнего.
