В серых улицах Миргородского княжества на фоне тусклого освещения все выглядит буднично, но когда Велеслав поднимает глаза и встречает пронзительный взгляд девушки с желтым отливом в глазах, его мир оскверняется. Князь Миргородский даже не сразу понимает, что требуете ему говорят. Однако приближение к нему продолжается, и каждый раз он чувствует на себе резкую привязанность - словно зыбь ветра, которая внезапно налетает из темноты ночи.
- Тебе понравится.
Разговоры в харчевне стали тише. Люди узнавали у подавальщиц последние новости про закрытый князем Миргород, недоуменно переглядывались, разводили руками. Кто-то хотел расплатиться да уйти побыстрее, но соседи по столику посоветовали не торопиться. И переждать угрозу тут, в людном месте. Мало ли отчего власть лютует. Может беда мимо пройдет?"
"И вдруг – опасностью, словно холодом зимним повеяло. Вмиг разговоры стихли. И будто враз комната меньше стала – самолично, быстрым шагом вошел в харчевню князь Миргородский со свитой. Остановился на пороге. Как всегда – хорош собой, но зол. Черный камзол да с золотым шитьем ладно сидит на широких плечах, узкий золотой венец украшает темноволосую голову. Чуть поодаль – Драгомир, волхв Верховный, валорец чернявый, да Беригор – воевода княжий, усмехается в густую короткую бороду. А могучая рука небрежно на рукояти меча лежит. За ними несколько плечистых дружинников. Обвел колючим взглядом князь присутствующих, отчего каждый плечи ссутулил, да съехал маленько ногами под стол. А ну как по его душу?
Натыкается синий пронизывающий взгляд на Тамирис и вмиг вспыхивает. Облегчение и злость в глазах. Да только еще выше задирает она подбородок. «Ну, и что ты мне сделаешь? Я – Тамирис, дочь кагана валорского!»
- Все вон, - негромко рявкает Велеслав, но людей за столами как ветром сдувает.
Широким шагом приближается к их столу князь, словно сама неотвратимость. Вроде испугаться должно, а у нее в душе радость вместе с горечью. Против воли своей радуется – за ней пришел! Сам! Ранее бы на шею к нему кинулась, а сейчас что? Пусть только попробует рявкнуть –она молчать и слезы лить не будет. Выскажет все, и, если надо, Тьму выпустит! Никто, даже волхв ее не остановит. А пока – затолкать чувства поглубже надо, раз не нужны они оказались. Вся ее любовь горячая, что спалила сердце без остатка.
Первым подошел князь к их столу, да только Джанибек, неведомым тягучим движением, словно гепард хищный, оказался за ее спиной. Веско и уверенно положил руки на плечи – мол, не даст обиду. И хоть сердита была Тамирис на брата, но не могла не оценить этот жест. За кровь родную вставать плечом к плечу, каких бы разногласий меж ними не было. Оттого и накрыла его ладонь своей.
- Здравствуй, брат мой.
- А вот и нашлась пропажа! Как чувствуешь себя, Темненькая кагани? – послал ей насмешливую улыбку Драгомир.
- Благодарю, Светленький. Все хорошо со мной, - вернула она ехидную ухмылку.
