В серых улицах Миргородского княжества на фоне тусклого освещения все выглядит буднично, но когда Велеслав поднимает глаза и встречает пронзительный взгляд девушки с желтым отливом в глазах, его мир оскверняется. Князь Миргородский даже не сразу понимает, что требуете ему говорят. Однако приближение к нему продолжается, и каждый раз он чувствует на себе резкую привязанность - словно зыбь ветра, которая внезапно налетает из темноты ночи....
Девушка, более не обращая на него внимания, протянула руку лежащему на земле.
- Дай руку, воин. Помогу подняться. Это было славно.
Нур-бейлюк был бледен от ярости. Какой немыслимый позор! Но в глазах девушки не прочел ни грамма издевки, только уважение. Поэтому нехотя принял протянутую руку и поднялся на ноги.
- Кто ты?
- Я – Смирена. Сестра князя.
- Княжна? Но зачем? – захлопал глазами мужчина.
- Мне однажды сказали, что женщина – слабое и бесполезное существо с одним лишь природным умением. Я решила доказать обратное.
- Ты доказала, поверь. Я рад и благодарен за встречу, княжна Смирена, - мужчина уважительно поклонился, - а сейчас, прости, у меня осталось последнее дело.
Ришад решительным шагом подошел к трибуне, на которой восседали главные зрители. В глазах кагана прочел свой приговор.
- Я опозорил свое имя и тебя, мой каган. Плохо научил своих людей. Прими мою кровь, мою жизнь, но пощади их.
В который раз охнули ряды зрителей. Потому как проигравший воин высоко поднял голову и молниеносным движением поднес меч, намереваясь перерезать себе горло.
Ришад успел уловить только дуновение ветра. Резким, невероятно ловким движением его меч выбили из рук. А сам он оказался с заломленной рукой и зажатым горлом. Яра предполагала что-то подобное, поэтом предусмотрительно спустилась вниз заранее. Только пролитой кровищи не хватало на празднике.
- Отдай мне его жизнь, каган! – ее громкий, сильный голос было слышно даже на трибунах. Потому как вновь установилась мертвая тишина. Замерли зрители, замерли те, кто был сидел на роскошных местах.
- Зачем она тебе? – недовольно выдавил валорец. Ришад должен сдохнуть, чтобы смыть позор!
- Глупо умереть – много ума не надо. А вот исправить свои недочеты – это сложнее. Пусть останется в живых и сделает это.
- Тебе это зачем, Яра-воительница? – в холодных глазах мелькнула заинтересованность.
- Хочу, чтобы ты был уверен в своих людях. А твоя дочь, что останется здесь, не боялась за твою жизнь. Не лила понапрасну слезы.
Несколько секунд ничего не происходило.
