В серых улицах Миргородского княжества на фоне тусклого освещения все выглядит буднично, но когда Велеслав поднимает глаза и встречает пронзительный взгляд девушки с желтым отливом в глазах, его мир оскверняется. Князь Миргородский даже не сразу понимает, что требуете ему говорят. Однако приближение к нему продолжается, и каждый раз он чувствует на себе резкую привязанность - словно зыбь ветра, которая внезапно налетает из темноты ночи....
Просыпаться после ночи с любимой женщиной не хотелось совершенно. Но князь резко распахнул глаза. Все от того, что не нашел руками желанного тела. Того, что целовал и любил всю ночь, перемежая коротким отдыхом. Когда темноволосая головка лежала на его плече, а тонкие пальцы рисовали узоры на его груди. Они говорили, смеялись, строили планы. И любили друг друга, страстно, бешено, отдаваясь без остатка. И вдруг – нет ее, той, что Богами для него создана.
Резко сел князь на постели, огляделся – нет Тамирис в комнате.
Краса его и нежность, молодая княгиня Миргородская в роскошном бордовом халате, расшитом золотыми птицами, стояла у накрытого стола и радостно хрустела соленым огурцом.
- Тами? – с улыбкой позвал он.
Та ойкнула и резко обернулась. Не выпустив надкусанный овощ из руки.
- Уф, напугал! Доброе утро.
Залюбовался князь ею – румянец на нежных щеках, глаза фиалковые горят, а на устах зацелованных – улыбка мягкая. Сияет довольством и негой. Жена! Жена его!
- Ты чего тут, любовь моя? Отчего не в постели? Я так плохо поработал вчера, что у тебя еще силы остались?
Насмешливо фыркнула, но покраснела. И глаза отвела, заметив мужа без одежды.
- Водички встала попить, а тут слуги завтрак накрыли. Я из любопытства подошла глянуть, а тут такие вкусные штуки! Длинненькие. Что это? – радостно откусила и энергично зажевала, едва не закатывая глаза от удовольствия.
- Огурцы. Соленые. Нравятся? – скептически поднял темную бровь.
- Ага! Оторваться не могу.
- Не буду, - легко рассмеялся князь, - А подойди-ка ко мне, птичка моя, дай хоть кусочек откусить. Может и впрямь что-то особенное?
Загорелись синие глаза странным блеском, а желваки заиграли на острых скулах. Дыхание перехватило, а сердце под ребрами испуганно-радостно забилось. Да только не заметила она ничего этого, увлеченная необычным овощем.
- Хм, ладно.
