Автор
Героиня неожиданно очутилась в теле убитой княжны Варвары Разумовской в 1866 году. Ей предстоит разобраться в причинах её смерти и раскрыть опасный заговор, угрожающий императору. В одиночку, без поддержки близких, она должна выжить и предотвратить трагедию.
Как ему шел и этот строгий черный сюртук, который облегал широкие плечи, и туго накрахмаленная рубашка, застегнутая на все пуговицы до самого горла, и жилет в тонкую полоску, особенно теперь, когда я знала, что скрывается под всеми этими слоями одежды.
— Варвара Алексеевна, — Георгий шутливо погрозил мне пальцем. — Я не девица на выданье, ваши взгляды просто неприличны.
Непременно закажу у модистки самые прозрачные и кружевные сорочки, которые она только сможет пошить. Еще посмотрим, кто на кого будет глядеть последним, Ваше сиятельство!
Я улыбнулась, кажется, немного плотоядно, потому что муж, подошедший ко мне и оставивший целомудренный поцелуй на щеке, вопросительно вскинул брови. Я притворилась, что не заметила, и прошла за стол. Усмехнувшись, Георгий сел сбоку от меня, во главе.
Настроение было изумительным, почему-то хотелось петь. И обнимать весь мир. Я с трудом дождалась, пока лакеи принесут и расставят все многочисленные блюда, и, наконец, повернулась к мужу.
— Как спалось, Ваше сиятельство? — невинно поинтересовалась я и, найдя под столом его ногу, провела по ней лодыжкой, чуть приподняв платье. Он не мог не почувствовать мои шелковые чулки.
— Сколько внутри вас скрывалось... энтузиазма, — он ухмыльнулся и покачал головой.
Лакеи стояли по обе стороны дверей, и это добавляло особой пикантности. Почему-то мысль о том, что они видят мои с князем заигрывания, вызывала слабый румянец.
— Это самая малая его часть, — многозначительно протянула я и схватила булочку.
В глазах князя вспыхнул огонь, на который низ моего живота ответил приятным, тянущим теплом.
Я чувствовала себя студенткой-первокурсницей, которая сбежала с пар на свидание к понравившемуся мальчику. Было такое потрясающее ощущение легкости, что на минуту я даже испугалась. Можно ли так радоваться? И не привлечет ли мое секундное счастье беду?..
— Вы помрачнели.
Георгий тотчас это заметил. Его рука легла на столе поверх моей и чуть сжала. Простые прикосновения кожа к коже дарили столько ощущений
Я начинала понимать, почему в старых романах мужчины трепетали, увидев кусочек женской ножки, показавшийся на мгновение из-под платья. У меня самой царили точно такие же ощущения, когда накануне я всего лишь прижималась щекой к обнаженной груди мужа. Самое обычное прикосновение, но каким же оно было ярким в эпоху перчаток, корсетов и десятка нижних рубашек!
— Я уже забыла, когда чувствовала такую легкость на душе, — чистосердечно поделилась я.
