Автор
В темноте княжны Варвары Разумовской поднимается лишь тусклый огонек свечи, а ее лицо покрыто испариной. Подумав, что может вызвать Соню, она вспоминает, что дочь сейчас у другой семьи и сердце замирает от недовольства. В окно взглянула на черную ночь — неужели это настоящая беда?...
Она шла, пока не уперлась в неплотно прикрытую дверь, что вела в малую гостиную. Из щелей бил свет: то ли горел камин, то ли жгли множество свечей. Это показалось ей странным, и, затаив дыхание, Варвара прильнула к тонкому просвету меж тяжелой, дубовой дверью и стеной.
Сперва она увидела двух мужчин: те стояли к ней спиной, оба были одеты в черные фраки. Напротив них, в кресле, в котором обычно любил допоздна засиживаться их папа́, разместился ее старший брат Серж.
Сидел он совершенно по-простецки, закинув согнутую в колене ногу на другую.
Варвара принюхалась: из гостиной доносился крепкий запах алкоголя и табака. Она скривила свой хорошенький нос, чуть вздернутый и покрытый веснушками, и положила ладонь на теплое дерево, готовясь толкнуть дверь и спросить у брата, что происходило в доме, отчего он вернулся тайно и принимал непонятных гостей глубокой ночью?
Но вскорости передумала.
Вот уж дудки! Не станет она себя выдавать. Лучше все послушает и батюшке расскажет, как только он домой вернется! Пусть разбирается с противным Сержем. То-то он поплатится за все свои глупые шутки и насмешки над нею. То-то ему влетит от отца и за гостей незваных, и за тайны посиделки, и за разговоры!
Красивые губы Варвары изогнулись в злорадной улыбке, а затем она услышала.
— Да поймите же вы, Серж, это совершенно, совершенно необходимо. Без этого шага с Вашей стороны я не смогу сдержать наши обещания.
Говорил один из мужчин в черном фраке, что стоял к ней спиной. И говорил он по-английски. Язык, который Варваре доводилось слышать нечасто.
— Точно ли… точно ли все будет для меня устроено? — голос брата дрожал.
— Совершенно точно. Ваша услуга, оказанная нашему государству, будет должны образом оценена. Должным.
— Да-да, хотелось бы надеяться, — Сергей Разумовский, он же Серж для близкого круга, нервно щелкнул пальцами.
— Вы получите все: деньги, новый титул, подданство. Будете обласканы обществом и нашим государем, — его собеседник заливался соловьем.
Говорил он по-английски совершенно бегло и свободно, без малейшего акцента.
— Иначе нельзя, — незнакомый мужчина продолжал давить. — Да вы и без меня все прекрасно знаете. Ваш Государь стал слаб. Дела Империи ужасны… И потом, как он выглядит в глазах Великих держав? Эта жалкая интрижка c девицей Долгорукой?..
