В бескрайних просторах небес летит военный транспортник, а Иван Кошкин теряет терпение. Семейная удача исчерпала его майора ДШБ, и он видит надежды в новой жизни — не на войне, а за ее пределами. Князья Эльдорадо: таинственный мир, где суть всего кроется в тонких обёртках, и каждый шаг может быть последним....
Солдатское радио работает быстро, и вскоре все воинство знало о происшедшем событии и сделало выводы – дисциплину нарушать себе дороже.
Вокруг военного городка образовался прямо-таки цыганский табор – царь Московии пошел навстречу пожеланиям Кошкина и выделил на два иноземных полка аж одну тысячу телег с лошадьми и возницами. Где царь набрал такое количество тяглового транспорта, князя не интересовало. Главное – пехота будет мобильной.
По всей округе дымились костры, готовили нехитрый солдатский ужин, раздавался звон металла – в походных кузнях перековывали лошадей и чинили телеги.
– То не можно, князь, за татарами стоят османы-турки. Куда ж нам супротив такой силищи?
Кошкин привел их в чувство одним коротким вопросом:
– Вы что, мать вашу, перечить командиру вздумали? Дисциплину нарушать?
Служивые и бояре спеклись в момент, кляня себя за длинный язык.
– Сегодня вам день отдыха, завтра выступаем в восемь утра. Готовьтесь.
С большим облегчением бояре высыпали наружу, с таким жестким подходом они столкнулись впервые. Привыкли все делать шаляй-валяй, тянуть резину, а о военной дисциплине имели весьма смутное представление.
Утром четыре полка князя, рота спецназа и рота новоиспеченных лейтенантов были готовы к выступлению.
– Мачо, наведи порядок.
Илья, сорвавшись с места, кликнул ординарца и тот, вскочив на коня, наметом порскнул к гвардейскому полку.
– Скачи в полки, передай мое повеление – выступаем через десять минут. Отставшим – расстрел.
