Мне потребовалось больше десяти минут, чтобы добавить к этому еще и воздушный кулак, копье и небольшую молнию. С учетом того, что уже было вшито в жезл, вышло красиво. Оглушить теперь я точно мог.
Едва вышел к остальным, увидел, что Калинин уже закончил беседовать с коллегами и складывал вещи в мешок Дягилева. Я последовал его примеру.
— Все, готово, — кивнул Артем, когда я закончил. — А вы?
— Да, — ответили хором мы с Калининым.
В следующую секунду мы оказались в кустах за метров пятьдесят до простого особняка с колоннами, портиком и резной дверью с витиеватой ручкой.
Дягилев тут же отдал нам наши вещи, и Калинин активировал жезл. Я же достал блокнот и написал:
«На месте, все в порядке. Узнаете, где мы, напишите.»
Сообщение ушло и Калинину, который так и не проверил работу моего магического мессенджера. Иван вздрогнул от неожиданного звука и непонимающе захлопал себя по карманам.
— Это звонил блокнот, что я тебе дал, — сказал я. — Забыл показать, как ставить на бесшумный режим. Переверни вторую обложку вперед.
— Подожди. Тут написано, что мы на месте, — он уже успел прочитать мое послание. Кому вы это написали?
— Остальной команде. У них такие же блокноты.
— Новый артефакт, — Артем вытянул голову, чтобы посмотреть.
— Да, собрал из подручных материалов, — пожал я плечами.
— И ваши слова видят все? — Иван был озадачен.
— Да, все. Но если поставить метку конкретного человека, то увидит только он. Список на обложке. А сейчас переверни обе обложки вперед, чтобы блокнот не издал звуков.
Сказал и показал, как надо сделать.
Артем все еще не мог прийти в себя от наших необычных артефактов. Но я вернул его к делу.
— Опиши дорогу, — велел я.
— За дверями просторный холл, минимум мебели. Справа вход в столовую, слева — терраса. Посередине коридор, который вам нужен. Проходите до конца, сразу упретесь в главный зал Никиты Степановича.
Его голос звучал глухо, ему все еще неприятно было об этом не то, что говорить, но и вспоминать.
— Спасибо, Артем, это все очень важно.
Я бросил взгляд на часы. Уже прошло полчаса от того времени, что указала Матильда. Потом посмотрел на окна особняка, они были темными, и ни одна шторка не колыхалась.
— Разве что через террасу, но я никогда не ходил по дому. Всегда нас вели сразу в лабораторию.
— А про столовую откуда знаешь тогда?
— Однажды с той стороны пахло едой, — смутился Артем. — А остальное видел краем глаза. Даже не могу сказать, есть ли вообще выход на террасу.