В глубинах загадочного кода миллиардера, где цифры тайно смыкаются в сложную логику взаимоотношений, открывается страсть и хитрость настоящего сердецериала. Подробности любви и шпионства в одной книге, привлекая всех от романтиков до тех, кто готов рискнуть всем ради брака с состоятельным партнером....
— Да пошел ты! Хватит шутки шутить! Ты… Ты специально меня вытащил! Зачем тебе этот цирк?! Отомстить мне решил! Сволочь!!! — вместе с последним словом, в него полетела еще одна подушка, на которую наткнулась, отступая назад — громила направился ко мне, и его жертве уже пришлось не нападать, а защищаться.
— Вагнер, прекрати, — сделал вид, будто бы ничего не понимает.
— Не ври! Это твоих рук дело!!! Сфотографировали именно в этот конкретный момент! Урод! Какого хрена ты полез в мою личную жизнь?!!
Он все-таки подлетел ко мне, и сгреб в охапку, потому что я нацелилась на вторую вазу и уж в этот раз планировала попасть в его тупую миллиардерскую башку!!!
— А что ты хотела, Настя? — прорычал он мне в самое ухо.
— Я… Ты… Да какого… — вырываясь, пыхтела я. Вонзала когти в кожу у него на руках, до крови расцарапала придурка, и все равно не вырвалась. — Тебя, что… На кой хрен… Широков, твою мать!!!
— Не трогай мою мать, Вагнер.
— Твою… Мы с тобой потрахались и все! Все!!! Ты же привык к этому! Я сама ушла, тебе даже делать ничего не пришлось! Какого лысого ты прилип ко мне?! Живи в своих пенатах и не приставай ко мне! Зачем ты…
Сердце стучало как сумасшедшее, а гнев сменили слезы. Я была зла. На него и на идиотку себя. Догулялась. Ведь решила же, что возвращаюсь к Густаву, и что теперь? Зачем крутила с Михаилом, если уж так не хотела?
— Не вырывайся, Настя. Ты можешь использовать меня, — сказал Широков, развернув скандалистку к себе лицом и буквально заставив меня утопить его черную майку в своих слезах.
— Ты идиот, Широков! — ударила ладонью придурка в твердокаменную грудь. — Зачем ты мне все испортил?!
— Ну, я должен был так поступить. Ты сама во всех своих романах пишешь, что настоящий мужчина должен бороться за свою женщину. А когда я это делаю — ты еще и жалуешься.
— Ты… — всхлипнула, — ты что, книги мои прочитал?
— Не все, но кое-какие прочитал.
— Ты идиот.
— Настя, — паразит не позволил мне вырваться, его руки превратились в металлические оковы, которые и не прижали больше, но и не позволили хоть на миллиметр отстраниться. — Ты же знаешь, что ерунду говоришь. Вчера ты сама, помнишь, что в сауне вытворяла?
— Широков — это просто секс.
— Секс, согласен.
