В мире загадочных открытий и беспринципных сделок начинающий мошенник столкнулся с новой проблемой — его способности внезапно иссякли. Теперь каждый шаг нарушает законы Вселенной, и каждая попытка подзаработать вызывает непредсказуемые последствия. Прогрессирующая сложность превращает его в центр ожесточенных борьбы между магией и правилами, где каждый день становится необратимым шагом на путь вечности....
Элфи вскинула руку и опустила забрало шлема, чтобы Жеребкинс не видел ее глаз.
– В некотором роде ты прав, конечно, – глухо откликнулась она. – Настоящими друзьями мы бы вряд ли стали. Только обстоятельства свели нас вместе. Больше ничего.
Жеребкинс похлопал ее по плечу.
– Молодец. Держи ушки востро. Кстати, ты сейчас куда?
– В Тару, – ответила Элфи. – Полечу на крыльях. Хочу подышать свежим воздухом.
– У тебя нет разрешения на данный перелет, – возразил Жеребкинс. – Крут лишит тебя значка.
– За что? – спросила Элфи, включая крылья.
Покинув комнату и описав большую петлю в вестибюле, она вылетела из главных дверей, едва не чиркнув по ним крыльями, и сразу же поднялась высоко-высоко в ночное небо. Где-то еще секунду ее стройная фигура виднелась на фоне полной луны, а потом Элфи исчезла.
Жеребкинс проводил ее задумчивым взглядом. Ох уж эти эльфы, все на эмоциях. Абсолютно не приспособлены для службы в Корпусе. Все решения принимают сердцем, а не умом.
Да и кто будет спасать волшебный народец, если Артемис Фаул вновь его отыщет?
Мульч сидел в зарешеченном отсеке шаттла и страшно жалел себя. А перед этим он долго пытался устроиться на скамье так, чтобы не касаться ее еще не зажившим задним местом. Задача была, мягко скажем, не из легких.
Кроме того, будущее представлялось Мульчу в самом мрачном свете. Все-таки в этих полицейских благодарности ни на грош.
В лучшем случае Мульчу грозила десятка. И за что?! Ну, украл он пару-другую-третью золотых слитков, что ж теперь, всю жизнь за это расплачиваться? Вероятность побега была ничтожной. Со всех сторон Мульча окружали стальные прутья и лазерные лучи – так его и довезут до Гавани. А дальше – короткий переезд на Полис-Плаза, быстрый суд и в камеру. А выйдет он оттуда уже весь седой. Простите-прощайте родные туннели."
"Однако надежда еще оставалась.
Записка гласила:
""Привет еще раз, Мульч Рытвинг. И очень надеюсь, мы еще не раз поприветствуем друг друга.
