Президент покачал головой:
— Иногда мне хочется, чтобы создание международных корпораций и холдинговых компаний было запрещено законом.
— Ваше желание разделяет большинство правительств, — согласился Клейн.
— Что говорят другие наши агенты в Китае?
— Ничего. Они не получали от своих людей в китайском правительстве и компартии даже намеков на «Доваджер Эмпресс» и его груз.
Кастилья потер переносицу и сузил глаза:
— Это очень странно, не находишь? Пекин обычно полнится слухами и домыслами.
— В сущности, мы с полковником Смитом пришли именно к этому выводу. Пекин может и не знать о контрабанде.
Президент вскинул брови.
— Ты имеешь в виду, что это «частное» предприятие? Доходная сделка?
— Не все так просто. Мы полагаем, что в ней замешан высокопоставленный пекинский чиновник, вероятно даже, член Политбюро.
Президент лихорадочно размышлял.
— Коррупция? Повторение случая с Чэнь Ситунем?
— Вероятно. Либо борьба за власть в Политбюро. А это...
— Может сулить нам неприятности, — закончил президент.
— Да, сэр.
Президент умолк, погрузившись в размышления. Клейн тоже молчал. Он вертел в пальцах свою трубку, потом рассеянно вынул кисет и, сообразив, что делает, торопливо спрятал мешочек с ароматным табаком обратно в карман.
В конце концов президент встал из уютного кресла и начал прохаживаться по комнате, хлопая по ковру задниками домашних туфель.
— Нет никакой разницы, знает ли Пекин об «Эмпресс». В обоих случаях реакция Китая будет одной и той же. Китайцы станут защищать право своих кораблей плавать в международных водах с любым грузом, даже если на перевозку не было получено официальное разрешение. У нас по-прежнему остается лишь один способ не допустить, чтобы химикаты попали в Ирак, и не вызвать при этом конфронтацию и те последствия, которые она повлечет.
— Я знаю, сэр. Чтобы доказать всему миру — и Китаю в том числе, — что на этот раз мы не поспешили с обвинениями, нам нужна декларация. Но если Пекин непричастен к этому делу, а мы сумеем неопровержимо доказать, что «Эмпресс» везет незаконный груз, то нам потребуется быстро наладить взаимодействие. У китайцев нет причин замалчивать происходящее. В сущности, они хотят выглядеть такими же добропорядочными приверженцами мира, как все остальные нации. По крайней мере мы можем надеяться, что у них возникнет такое желание. — Клейн следил за президентом, который продолжал расхаживать по спальне, словно стараясь выпутаться из невидимой паутины. — Уместно ли сейчас сообщать вам последние сведения о Дэвиде Тейере?
Президент остановился и посмотрел на него широко распахнутыми глазами:
— Разумеется. Момент самый подходящий.