В крановом трущбе городских кораблей светились огни столиц Китая и горели звезды над портом, где контейнеры поднимались на сотнях высоких стрел. Здесь амбициозные бизнесмены с множеством стран мира взвешивали узлы корабельной экономики, держась на скрежащих металлах....
Брови МакДермида поползли вверх:
— Что?
— Если вы забыли, я напомню: «Доваджер Эмпресс» — это корабль. Китайское грузовое судно, которое направляется в Басру. По нашим сведениям, его груз очень интересует американцев. Вероятно, и китайцев тоже.
— Объясните, что вам нужно, и, может быть, мы придем к взаимовыгодному соглашению.
— Ваша готовность обсудить взаимную выгоду радует нас.
МакДермид потерял терпение:
— Хватит изъясняться загадками! Либо рассказывайте дальше, чтобы я мог решить, стоит ли вас слушать, либо прекратите понапрасну расходовать мое время! — Многолетний опыт подсказывал ему, что нападение зачастую является лучшим способом зашиты.
— В начале сентября «Эмпресс» вышел из Шанхая и взял курс на Басру. В его трюмах десятки тонн тиогликоля, из которого Ирак намерен производить кожно-нарывные отравляющие вещества, а также хлорид тионила для изготовления кожно-нарывных и нервно-паралитических ядов. — В негромком голосе женщины послышалась угроза. — Этого достаточно, господин МакДермид, главный управляющий и основатель группы «Альтман»?
МакДермид утратил дар речи.
— Кого именно вы представляете и чего хотите?
— Мы представляем сами себя. Вы готовы выслушать наши условия и цену?
В кабинете появился Лоренс. МакДермид жестом велел ему определить номер телефона женщины и, едва сдерживая гнев, рявкнул:
— Кто вы такая, черт побери, и что мешает мне сейчас же бросить трубку?!
— Меня зовут Ли Коню, господин МакДермид.
* * *— Проклятие! — воскликнул Джон, не успев совладать с собой.
Все повернули к нему лица.
— Джон? Ты понимаешь, о чем идет речь? — спросила Рэнди.
— После, — сказал Смит, отмахнувшись. — Слушайте!
* * *МакДермид ошеломленно молчал и наконец решил, что с него довольно.
— Ваш супруг сжег декларацию и совершил самоубийство. Мы называем это трагедией. Не знаю, какую игру вы ведете, однако...
— Вам сказали, что мой муж покончил с собой, чтобы спасти свою семью. К этому его принудили мой отец и люди из высших политических кругов. Вам также сказали, что он уничтожил декларацию, выстрелил себе в голову и упал в реку. Это ложь. Он сжег никчемную бумажку и выстрелил из пистолета. Он упал в реку.
