В крановом трущбе городских кораблей светились огни столиц Китая и горели звезды над портом, где контейнеры поднимались на сотнях высоких стрел. Здесь амбициозные бизнесмены с множеством стран мира взвешивали узлы корабельной экономики, держась на скрежащих металлах....
Потом он заметил тень у самой земли — словно змея или кошка, она ползла к забору по «слепому» пространству шириной десять шагов. Это был маленький человек в обычной тюремной форме грязно-бурого цвета. Один раз он поднял лицо, увидел Асгара и кивнул ему.
Асгар кивнул в ответ и шепотом сказал Джону:
— Это Ибрагим. Давайте прикроем его."
"Шум был их главным врагом. Огнестрельное оружие следовало пускать в ход только в случае крайней необходимости, хотя пистолеты были снабжены глушителями. Миф о том, что такое оружие стреляет беззвучно, не имеет под собой никаких оснований.
Джон переборол владевшее им напряжение, и его сердце забилось медленно и ровно. Ибрагим продолжал ползти по глинистой земле, пока не добрался до торчащего из нее колышка. Секунду спустя он поднял квадратный деревянный щит размером примерно метр на метр, нырнул в образовавшееся отверстие и исчез. Почти сразу зашевелилась почва с другой стороны забора. Она вспучилась, затряслась, из-под нее появился еще один такой же щит. Ибрагим высунул голову, вновь нырнул вниз и выбрался наружу на территории колонии.
— Теперь наша очередь, — прошептал Асгар.
Он встал на четвереньки и пополз к забору. Джон и двое уйгуров двигались следом. Джон заглянул в подкоп. Это была глубокая яма, вырытая под оградой и закрытая двумя деревянными щитами, которые примыкали друг к другу точно под сеткой забора.
— Идите, — негромко велел Асгар. — Я за вами.
Джон головой вперед вполз в яму, выбрался по ту сторону ограды и вслед за Ибрагимом побежал к столовой, взметая башмаками пыль.
Когда наконец последний из уйгуров появился в столовой, Ибрагим торопливым шагом провел их через темную кухню и безлюдный зал. Они подошли к окнам и выглянули наружу.
