В зале лекций гремела дуэль ученых мнений: "Первый император не был первым". Профессор Вяземский разыгрывал догадки о том, кто прав. Но его слова терялись в толпе студентов, которые уже были на третьем эшелоне. Здесь рассказывается о мудреце-императоре, который стал не просто первым, но и самым прославленным во всей Империи....
Похоже, «Кодекс Императора» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я не приблизился к своей цели ни на процент. Смог развить все собранные дары до ранга ученика, но не более того, хотя всю жизнь только и занимался тем, что усиливал их.
Дар поглощения магии — дар императора перемещался со мной в каждом перерождении. Хотя в шутку я иногда называю его магнитом."
"На самом деле, в своей первой жизни я нахватался даров и совершил большую глупость, потому что из-за такого объема не смог раскрыть потенциал всех. Каждый раз, принимая новый дар, я очень рискую, встраивая его в свои энергетические каналы и, чем мощнее дар, тем сложнее это дается.
Больше я таких глупостей не совершал и в каждом новом перерождении выбирал один-два основных дара, которые в полной мере раскрывал и осваивал. Ну, как в полной мере… Когда дар встраивается в душу, он начинает заполнять ее, точно паутинка, ниточка за ниточкой, и я ни разу не видел, чтобы рисунок сложился полностью. Так я становился гораздо сильнее, нежели имел бы тысячу слабых даров.
Конечно, для того, чтобы хорошо научиться пользоваться некоторыми дарами, мне потребовалась не одна жизнь. Тот же дар тени… Я получал его раз десять! В каждом из перерождений я открывал для себя что-то новое. И открываю до сих пор.
Признаюсь, не все дары были мне по душе. Например, дар отравителя, когда моё тело само становилось ядом, и в сочетании с ветром, даже мой пот мог кого-то убить.
Так, что мы имеем? Убийца мертв, и я избавился от следов его присутствия.
* * *Алина пела себе под нос веселую детскую песенку, вытирая с полок пыль в комнате цесаревича Дмитрия. Рыжие волосы стекали по её плечам, и ей казалось, что уже никто не сможет испортить настроение в это солнечное утро.
Дверь покоев цесаревича была открыта и туда заглянули две другие служанки. Алина замерла, и ей пришлось убрать с лица улыбку.
— Нет, ну вы посмотрите! Ни стыда, ни совести! — фыркнула Лиза, служанка, которая работает здесь всего полгода, но из-за дружбы с Анфисой слишком многое о себе возомнила.
— Слыш, болезная? Ты хоть помнишь, какой сегодня день? — грубо обратилась к ней Анфиса.
По глазам девушки было понятно, как ей нравится задевать слабых, точнее, тех, кого она считает слабее себя. Среди личных служанок наследников выбор был не столь велик, поэтому самой слабой и сочли Алину. Она никогда не давала отпор.
