Вечеринка в чужой квартире переросла в драку между соседями. Только один из них признался - подросток, оставленный на улице семью ради работы. Он сознался в краже мороженого, вызвав неприязнь и возмущение взрослых. Но его исповедь не казалась лживой: он был одержимым наблюдателем происходящего, за которыми скрывались страшные тайны в этой семье......
Что ж, за свою долгую жизнь я множество раз убеждался в правильности старой охотничьей поговорки: «Лучшая защита — это нападение». Поэтому, прежде, чем я успел осознать, что мне делать, тело начало действовать само по себе.
В два прыжка я добрался до котла, и с размаху долбанул его ногой, вылив кипящее варево на двух сидящих на корточках великанов. Как они забавно заорали. Крикнул «Фас!», и пантера набросилась на указанною мною цель. Два ножа отправились вслед за ней, выбивая самых опасных монстров. И только после этого со всех сторон раздался дикий вопль.
Не успели души двух громил влететь в мое тело, как я тут же создал иллюзии, и отправил их обратно в мир. И вот уже два синих великана озираются по сторонам в ожидании моего приказа.
— Всех убить! — заорал я. — И будете свободны!
Кажется, эти идиоты тупят даже после своей смерти, потому что они послушно развернулись, а затем пошли на своих сородичей с голыми руками.
— Дубинки возьмите, идиоты! — заорал я.
Вроде помогло. Они на секунду остановились, подобрали оружие, лежащее возле их тел, и начали яростно ими размахивать.
Что же, похоже тупость заразительна, потому что их соплеменники не сразу поняли, почему на них напали их же братья.
Моим бойцам удалось завалить двоих, прежде, чем те поняли, что случилось и вступили с ними в схватку. У меня, честно говоря, отвисла челюсть, когда я увидел, как синие великаны поодаль начали увлеченно дубасить друг друга.
Я с открытым ртом и последними двумя ножами заозирался, видя, как синие уничтожают друг друга. Я даже отозвал к себе Карамельку, чтобы не мешать пацанам развлекаться. В итоге, через пять минут на ногах все ещё стояли три израненных синих тупицы, которых с помощью своей пантеры я без труда добил. Стоя над трупом последнего, я улыбнулся своей кошке.
— Запомни, дорогая, тупость — главный грех человечества.
На что моя питомица презрительно фыркнула, видимо полностью соглашаясь со мной, а также радуясь, что она не относится к человечеству.
— Шнырька, — вызвал я своего питомца.
Но никто не появился.
— Шнырька! — повысил я голос.
Снова никого нет. Да что же это такое?
Я уже собрался гаркнуть еще раз, когда возмущенный писк раздался из ближайшего вигвама.
