Вечеринка в чужой квартире переросла в драку между соседями. Только один из них признался - подросток, оставленный на улице семью ради работы. Он сознался в краже мороженого, вызвав неприязнь и возмущение взрослых. Но его исповедь не казалась лживой: он был одержимым наблюдателем происходящего, за которыми скрывались страшные тайны в этой семье......
Вот, к примеру, я сейчас могу в своем развитии обойти многие косяки, которые мне мешали в прошлой жизни, и которые я допустил по незнанию или из-за своей самоуверенности.
Не зря я уделяю время медитации. Знаю, что в этом мире о ней тоже известно, но в этом краю ею пренебрегают, зато на востоке просто боготворят. Очень полезная вещь, особенно, когда в голове порядок, и знаешь, что нужно делать.
И сейчас я знаю, что мне не стоит выходить с перстнем 4-го класса. Это вызовет много вопросов, вот зачем мне лишнее внимание? Я должен выглядеть наивным аристократом, которого прихлопнуть легче легкого.
А так, пару раз, меня уже пытались угробить, поэтому пусть думают, что эти неудачи — досадные случайности. Что мешает убить слабенького и наивного меня?
Шнырька вернулся, и я попросил его отвести в место, где совсем нет лишних глаз. Нравится мне этот муравейник, тут таких мест много есть.
Шли минут тридцать, и я вскоре понял, насколько запарился. Душа, блин, болела от этой травмы, а еще хотелось горячих напитков и нежных женских объятий. Увы, но ничего из этого мне пока не светило.
Кто же знал, что это массовое убийство даст настолько много энергии Разлома. Я вот не знал. Думается мне, что там под яйцами был один из открытых источников. Это хорошо объясняет, зачем они перетаскивали кладку туда.
Конечно, не сам источник, а повышенный фон от него.
Зайдя в глухое место, я уселся на задницу, а затем уперся спиной на стенку. Какое же неприятное чувство сейчас меня мучает, и такое забытое.
— Вся охрана сейчас на тебе! — говорю я Шнырьке. — Следи, чтобы мне не мешали.
Он картинно отдал мне лапкой честь и побежал исполнять приказ.
Подождал, пока он забежит за угол, и посмотрел на Карамельку.
— Я сейчас, скорее всего, буду еще слабее, чем должен.
— Мяу?
— Не знаю, почему ты опять со мной не разговариваешь, но позволю себе предположить... и повысить ставку. Дам три белки!
Довольная морда легла у моих ног, как собака, а значит, она согласна.
— Ну, а ты... — я обратился к розовому муравью. — Просто не мешай мне. А еще лучше — потеряйся!
Жаль, что все это приходится делать мне в грязной пещере, но выбора нет.
