Вечеринка в чужой квартире переросла в драку между соседями. Только один из них признался - подросток, оставленный на улице семью ради работы. Он сознался в краже мороженого, вызвав неприязнь и возмущение взрослых. Но его исповедь не казалась лживой: он был одержимым наблюдателем происходящего, за которыми скрывались страшные тайны в этой семье......
Я намекнул, что я барон, а она моя сотрудница. Правда, никого это не впечатлило. Репутация Голдсмита была явно круче, они даже от взятки отказались. А если учесть, что он не последний человек в Иркутске, то наверняка, решил все только связями.
Все, что смог я выторговать, это недолго увидеться с ней. Меня провели прямо к камере, где она сидели, и дали всего три минуты.
— Вечер в хат… — хотел пошутить, но увидев ее злой взгляд, осекся на полуслове. — Как ты тут, не обижают?
Про обижают я не зря спросил — не могу понять, какого хрена девушка сидит в камере с мужиками.
Она заметила мой суровый взгляд, которым я обвел камеру.
— Добрый у меня отец, правда? — ехидно заметила она, слабо мне улыбаясь.
Значит, таки отец, я был прав. Она не боится, но во взгляде видна боль. Ей неприятно, что с ней так поступили, и еще не знает, что будет дальше.
На ее слова я улыбнулся, и взял за руку.
— Считай это маленьким опытом в твоей прекрасной жизни.
Ответом мне был коллективный гогот, отчего девушка скривилась.
— Анна! — сказал я серьезно. — Хотя и временно, но ты работаешь на меня, а я своих никогда не бросаю.
— Спасибо, босс, — слабо улыбнулась девушка.
А еще у нее предательски заурчало в животе.
— Время вышло! — в коридор вошел страж порядка.
***
Как много дел я успел сделать, тяжело вздохнул я, сидя напротив участка.
Первым делом, выйдя из участка, я нашел укромное местечко, и призвал одну очень неприятную штуку, под названием Жаровик.
Небольшая хрень, один в один похожая на пчелу.
На всякий случай, я вызвал сразу два Жаровика, и скомандовал им залететь в камеру, но пока там не отсвечивать.
