Василий Петрович, услышав знакомое имя "Галактионов", сразу понял, что дело нешуточное. Он поднял брови и задумчиво посмотрел на своего начальника Учебного Центра Истребителей Монстров герцога Хрулёва. "Неужели сам Галактионов явился за помощью?" - вспомнил Василий Петрович, когда тот усмехнулся холодно, подбираясь к делу....
Вот это место для меча, который я держу в своих руках не по праву. Его имя — «Аквила», самый «младший» из родовых мечей, что дожидался, пока вырастет младший наследник Рода. Меч его не дождался, наследника убили при нападении. Мне же пришлось его взять, потому что собственных сил уже не хватало.
Каждый из двенадцати мечей уникален по–своему, каждый имеет необычные свойства. Я думаю, ты сможешь сам разобраться с ним. Но самое важное не это.
Скелет пошатнулся, на секунду прервался, но продолжил.
— Сила Галактионовых — сила, которой завидовали все правители этого мира, заключалась в синергии всех мечей.
Он снова указал на первый постамент.
— Именно с него начался разрыв, — произнёс Даркест, качая головой. — Антон не вернулся с того похода. Он просто исчез, перед этим выполнив поставленное задание. Подозреваю, что дело не обошлось без предательства. Но Галактионовы не смогли ничего доказать. С этого и началось падение Рода.
Вот этот, — он показал на свой, — был в камне. И ещё два, по имени «Скорпиус» и «Линкс», а соответственно третий и второй, были у молодых наследников Галактионовых, которые до последнего вздоха защищали свою усадьбу. Их мечи, скорее всего, забрали с собой нападавшие.
Он повернулся ко мне.
— Мое время истекает.
— Также, как существовало двенадцать мечей, существовало и три кольца. Одно было у главы рода, второе у начальника гвардии, а третье у жены главы Рода. У них тоже… — скелет снова вздрогнул. Такое ощущение, что кости на секунду чуть было не распались, но они опять собрались в кучку. — У них тоже есть свое предназначение, которое тебе придется самому узнать.
Он на секунду замолчал, но не выдержал и покачал головой. Похоже, что у этого трупа при жизни был очень мерзкий характер.
— Удачи тебе, молодой медоед! Она тебе понадобится. То, что я сейчас вижу, заставило бы меня горевать об окончательном падении Рода, если бы моя душа всё–таки сохранилась в бессмертии. Ты слаб. Очень слаб. Надеюсь, ты не умрёшь слишком быстро.
