Василий Петрович, услышав знакомое имя "Галактионов", сразу понял, что дело нешуточное. Он поднял брови и задумчиво посмотрел на своего начальника Учебного Центра Истребителей Монстров герцога Хрулёва. "Неужели сам Галактионов явился за помощью?" - вспомнил Василий Петрович, когда тот усмехнулся холодно, подбираясь к делу....
Дайте мне пару–тройку дней, если это сильно не горит.
— Да нет, не горит, — покачал головой дед. — То, что я тебе даю, «перегорело» уже полгода назад, а то и больше. Я поэтому тебе его и подобрал.
Он неожиданно хлопнул в ладоши.
— Всё, свободен, Галактионов!
— Есть! — подыграл я ему, вскакивая с места и отдавая воинское приветствие.
Старик снова рассмеялся, глядя на меня.
— Из тебя бы вышел отличный кадровый Истребитель, Галактионов.
Я молча чётко сделал поворот кругом, и строевым шагом вышел наружу.
Вслед мне раздался тихий, но счастливый смех старика.
* * *
На выходе из административного здания центра меня поджидал недовольный Андросов.
— Ну, и где ты шарился? — изобразил он недовольное выражение лица."
"— Я тоже рад тебя видеть, — я протянул ему руку, но он почему–то не подал ее мне, всячески изображая негодование. — Да ладно, Андрюха, хорош! — улыбнулся я. — Во–первых, ты, наверняка, знаешь, где я был. А во–вторых, в Японии слишком большие чудовища для твоей нежной княжеской задницы.
Андросов попытался изобразить обиженный вид, но получалось у него это плохо.
— Ну, хочешь, прибухнём где–нибудь сегодня? Я тебе расскажу как там, в стране Восходящего Солнца. А ты мне расскажешь, что тут у вас происходило хорошего, — примиряюще сказал я.
На что Андросов насупился, но в первый раз улыбнулся.
— Вообще–то, это я пришёл тебя пригласить. И не просто побухать. У нас есть повод.
— Да ладно! — удивился я. — А что за повод?
Андросов достал из кармана свою правую руку, и продемонстрировал мне перстень, который переливался молочным белым цветом.
— Ух ты! Истребитель шестого класса княжич Андрей Андросов! Поздравляю тебя, дружище!
Я приобнял его. Когда отстранился, увидел, что Андросов уже улыбается во все тридцать два зуба. Ну, не мог он долго, по своей натуре, злиться. Да и вообще, он не может злиться. И весь этот спектакль был постановочным.
— В пивнушку Центра пойдём? — уточнил я.
— Ага, щас! — снова изобразил серьёзность княжич. — Могу себе позволить заведение получше!
— Не сомневаюсь… — сказал я.
— Ну, тут проблемка небольшая. Я хотел в «Спокойствие», но там у них что–то случилось. Вроде обещали к вечеру решить, но уверенности у них не было. Так что вечером чуть попозже я тебе точно сообщу.
— Надеюсь, ты не потребуешь от меня смокинг? — скривился я.
— У тебя всё ещё нет на него денег? — хмыкнул Андросов.
— Деньги–то есть. Но моя внутренняя жаба протестует.
— Саша–Саша, — покачал головой мой друг.
