Василий Петрович, услышав знакомое имя "Галактионов", сразу понял, что дело нешуточное. Он поднял брови и задумчиво посмотрел на своего начальника Учебного Центра Истребителей Монстров герцога Хрулёва. "Неужели сам Галактионов явился за помощью?" - вспомнил Василий Петрович, когда тот усмехнулся холодно, подбираясь к делу....
— Вы даже не военные!
— Точно, — подтвердил я, продемонстрировав пятерню. — Зато мы благородные. А я ещё и Истребитель. Есть возражения?
— Благородный адвокат для военного преступника, — хмыкнул обвинитель в чине майора. — Дожились.
— Оставайтесь, — буркнул председатель комиссии.
Дальше потянулась череда обвиняемых.
К слову говоря, комиссия работала чётко. Короткое выступление обвинителя, вынесение приговора, и обвиняемого уводили. На каждого уходило не больше пяти минут.
Я уже успел заскучать, когда услышал знакомое.
— Бывший капитан Потапов.
Я поднял взгляд. Андрея ввели. Он был в наручниках и кандалах, судя по размерам, способных удержать быка. Что за порядки?
Волк всё ещё был сильно истощен, и еле–еле передвигался. Он покачнулся, поднимаясь на ступеньку, чтобы усесться в клетку. Охранник попытался его поддержать, на что он наградил его взглядом, натурально оскалившись. Так что охранник отскочил и положил руку на кобуру.
Я улыбнулся. Он оправдывает свое прозвище. Даже раненого волка боятся овцы.
Громкий скрип отразился в сводах маленького помещения, заставив всех стиснуть зубы от раздражения. Это Анна, нимало не смущаясь, потащила свой здоровенный стул по полу, чтобы усесться поближе. Села на него, аккуратно расправила платье на коленях, взяла папочку в руки и мило улыбнулась.
— Вы не против?
Мне кажется, всем присутствующим было, что ей сказать. Но, во–первых, она была девушкой, а во–вторых, она была графиней. Поэтому они просто молча кивнули.
Обвинитель прочитал приговор. И тут в дело вступила Анна. Наблюдать за ее работой было истинное удовольствие. Она порвала их, как тузик грелку. Единственную улику — видеозапись стащил Шнырька ещё накануне. А без этого у них был только факт гибели герцога, в момент которой, как сказала Анна, «по абсолютной случайности рядом находился ее подопечный».
Обвинитель краснел и ругался. Судьи хмурились. Но в итоге объявили Потапова свободным, с лишением воинского звания и невозможностью в дальнейшем служить в Имперской Армии.
Анна улыбнулась и кивнула, соглашаясь. У меня на счету оставалось четыре шестьсот, и я немного запаниковал. Однако Анна с улыбкой достала свою личную карточку, и тут же у секретаря оплатила штраф. Комиссия посовещалась, а затем кивнула — свободен.
