Автор
Утро было ясным и тихим, как зеркало. Я выпил горячий кофе с добавленным молоком и вышел на улицу, завернувшись в джинсовый халат. Шнырькиного внимания ни приключений, ни интересных новостей не было — просто спокойный, размеренный день в маленькой деревне ждал своего часа....
Но сам факт, – Анна внимательно посмотрела на меня. – Кажется, шутка затянулась.
Я открыл рот, чтобы прокомментировать, но потом понял, что цензурных слов для этого у меня нет. А Анна – всё-таки девушка.
Так, чтобы выпустить пар, мне нужно срочно кого-то убить! Кого-то очень сильного!!!
Глава 16
Родовое поместье Андросовых
Главный зал для приемов
Окрестности Петербурга
Катя Андросова размышляла над произошедшими событиями. Бал был шикарен, но у неё было все, как всегда. Репутация «изгоя» преследовала ее всю жизнь, как только проявился её уникальный Дар – её проклятие.
"Давным давно фамилия Андросовых ассоциировалась с самыми мощными Лекарями в Империи. Да что там Империя! Андросовых знал весь мир! Если нужно было вытащить смертельно больного человека с того света, всегда звали только Андросовых. И платили неприлично огромные деньги. Потому что деньги – дело наживное, а жизнь, как ни крути, всего лишь одна.
Её младший непутёвый братец Андрей был эталоном Лекаря. Мощный Дар заставлял гордиться их отца, и будущее Андрея было ясно и понятно.
Катерина потягивала самое дорогое шампанское (должно же её в этом мире хоть что-то радовать), и хмуро рассматривала в планшете послужной список Истребителя 2-го класса барона Галактионова.
Конечно же, она сразу его узнала. Это был тот самый борзый юноша, что сперва качал права в Муравейнике, а затем уселся за её стол в любимом итальянском ресторане.
И это было странно. Чем-то запал ей в душу этот парень, ведущий себя так нагло, и при этом уверенно, как будто он имел на это право по крови и рождению. Странно это для простого барона, очень странно!
Как же её достали все те взгляды, что бросали на неё многочисленные знакомые. Жалость пополам с брезгливостью, и немного страхом.
А кто-то смотрел с откровенным презрением и насмешкой. Именно из-за таких Екатерина и стала Истом.
Сочувствие и жалость, как оказалось, бесили Катю несоизмеримо больше. Наглеца можно было поставить на месте здесь и сейчас, а вот за сочувствие? Эх…
«Проклятая княжна» – именно так называют её за спиной, и как ей это надоело.
