Автор
Утро было ясным и тихим, как зеркало. Я выпил горячий кофе с добавленным молоком и вышел на улицу, завернувшись в джинсовый халат. Шнырькиного внимания ни приключений, ни интересных новостей не было — просто спокойный, размеренный день в маленькой деревне ждал своего часа....
А раз он пылает злобой, то может идти на все три буквы, или на все четыре стороны.
Волк оскалился, видя, как я обхожусь с этими невеждами, и уже был готов к хорошему бою. С ним было четверо бойцов, которые сидели в Буревестнике, только ожидая команды.
Они его поставили таким образом, чтобы машина была напротив этих людей, а башня со спаренным орудием направлена в нужную сторону. Ребята держали пришлых в поле своего зрения, контролируя всю ситуацию.
– Вы понимаете, от чего отказываетесь, и заодно, представляете себе последствия? – предпринял еще одну попытку служивый поговорить со мной.
Я же хмыкнул, и повернулся к Волку."
"– Не знаю, кто эти господа или холопы, но если еще раз они со мной заговорят, то убей их всех! – Волк аж засиял. – И вообще, строгий выговор тебе обеспечен, – глянул я на него, по-актерски, строго. – Я же тебе говорил, что после Короната ослаблен, и не могу сражаться в полную силу. Почему ты позволил им ждать меня здесь? А если напали бы сразу? Скажут, что решили, что тварь из Разлома полезла, и их даже оправдают.
– Есть строгий выговор… – опустил он голову, и изобразил сожаление, а затем так глянул на непрошеных гостей, что те аж немного отступили.
Конечно, Волк понял, что я играю, и принял эту игру.
Кроме того, я уже знаю, кто они. Люди Герцога Доброхотова.
Как однако все удачно складывается. Анна мне говорила, что нам выдвинули претензию, но по ее словам не нужно было переживать. Там скорее всего на тормозах все спустят, и претензия чисто для вида. Оказалось, не все так просто.
Сейчас Шнырька бегает по их транспорту и разведывает все, что только можно. Так мы и узнали о их намерениях, слушая переговоры водителя. А еще там были некоторые интересные документы и факты.
Так, для примера, наш разговор они записывали с одного броневичка. И если я сделаю что-то не так, то запись они могут использовать против меня.
Я же буквально его оскорбил, тем самым давая определенный повод, что тоже мне было на руку.
После слов Волка они не решались подойти ко мне поближе, но явно информация о моей слабости ушла дальше.
Снаружи их было всего двадцать. Но вот в машинах сидели и другие люди для подстраховки.
Спокойно сев в свой транспорт, я не уехал сразу, а дал сперва первыми убраться им.
Какие глупые люди, однако… Только уселись, так сразу стали раздавать приказы и отзваниваться.
Вот тут я и понял больше, чем даже ожидал. У них не просто пробная попытка разговора, а вполне себе продуманная операция, над которой поработало много людей.
