Автор
В холодном зале ветерок играют с пламенными тканями на теле Анны, его красивого лица нет признака тепла или дружбы. Я чувствую себя неуверенно под ее ласковой хваткой и ее умилительной улыбкой, но глубоко внутри я жаждет узнать, действительно ли это платье её не нравится из-за цвета....
А ещё Дмитрий не знал, что у них в особняке есть тайная комната, в которой сейчас отец задумчиво перебирал кое-какие предметы, явно имеющие боевое применение. Но сам Хрулёв-младший – командир элитного спецподразделения Империи – по долгу службы обязанный знать почти все смертоносные штучки в мире, кое-что из этого не мог идентифицировать.
– Отец, почему ты мне ничего не рассказываешь?
– Потому что рано, Дима. Я тебе и так многое сказал. Есть у меня предположение, что Император в опасности. Более того, возможно, он уже мёртв.
– Но как ты можешь такое говорить?! – вскинулся Дмитрий.
– Легко и непринуждённо, – грустно улыбнулся Хрулёв-старший.
– Если это так, то надо поднимать армию, надо что-то делать. В конце концов, это по моей прямой специализации. Хочешь, я вызову своих парней?
– Это не совсем так, – покачал головой Хрулёв. – Тут всё гораздо сложнее."
"– Допустим, я тебе поверил. Но кто это мог сделать? Коронат, Китай, Монголия или наши милые друзья – Северное Королевство?
– Всё не так просто, – снова загадочно повторил Хрулёв.
– А как же Центр?
– Ну, во-первых, я ненадолго. А во-вторых, за ними есть кому присмотреть. Ты же помнишь Архипа?
– Лавочник? – удивился Дмитрий.
– Непростой он лавочник. Самое главное – он мне должен, и я верю ему.
– Подожди… верить? – тут Дмитрия осенило. – То есть ты думаешь, что это кто-то внутри Империи?
– Я этого не говорил, – усмехнулся Хрулёв. – Пока не говорил. И ты не говори такое. В общем, на некоторое время я исчезну. Возможно, я буду не в доступе, но я обязательно позже отзвонюсь.
Раздался голос его гвардейца.
– Василий Петрович, к вам пришли. Говорят, вы ждёте.
– Да, запускай.
– Ничему не удивляйся, – предупредил Хрулев-старший своего сына.
Дмитрий Васильевич повернулся, дверь открылась, и зашёл худощавый человек неопределённого возраста, с не запоминающейся внешностью, без абсолютно всякого выражения на лице. Как-то слишком много «незначительного и безэмоционального».
– Здравствуй, Палач! – сказал человек, и впервые улыбнулся.
– Привет, Призрак. Что случилось такого, что ты решил лично встретиться со мной? Я уже понял, что ты выпал из обоймы. Скажу честно, это откровенно хреново, но ты имеешь на это полное право.
– Да, знаю, я действительно бесценный, – без улыбки, как само собой разумеющееся, ответил Призрак. – А увидеться с тобой захотел исключительно из-за нашего совместного прошлого. Я хочу лично рассказать тебе причину моего отказа.
