Автор
В холодном зале ветерок играют с пламенными тканями на теле Анны, его красивого лица нет признака тепла или дружбы. Я чувствую себя неуверенно под ее ласковой хваткой и ее умилительной улыбкой, но глубоко внутри я жаждет узнать, действительно ли это платье её не нравится из-за цвета....
Он осознанно шёл на конфликт. Неужели он смог просчитать меня и знал, что я откажусь от них, оставив исключительно свои силы для противостояния с ним? Ну тогда он хитрее и умнее, чем я думал.
Красные точки, что показались вдалеке, мой полуартефактный военный пульт, купленный за большие деньги, тут же идентифицировал как четыре ударных вертолёта «Чёрная Акула» и восемь транспортных вертолётов «Катран». Именно их, затратив сумасшедшее количество желеек, показал мне два дня назад Шнырька, подслушав разговор на военной базе Доброхотова.
"Анна начала рыть кое-какую информацию. Самую дешёвую мы взяли у Организации, но основная надежда у меня была на Шнырьку и на Призрака. Да-да, на Шнырьку не напасёшься желеек – работать на таком расстоянии, да и человек как-то надёжней. Поэтому Призрак был уже в пути с заданием усложнить жизнь Доброхотову на его территории и подготовить почву для моего вторжения.
Да, моё вторжение безусловно будет молниеносное и беспощадное, как удар серпом по яйцам. Помнится, так говорил один из классиков. И эта аналогия мне очень пришлась по душе.
Я видел, как в вертолёты, прокачанные в том числе магически, грузится элита гвардии Доброхотова. Шестьдесят четыре гвардейца – по восемь в каждый вертолёт. И вот снаряжены они были… Когда я показал Волку, тот присвистнул. Нельзя сказать, что мои парни были хуже, но у Доброхотова использовалась сборная солянка со всего мира.
Через несколько минут гул винтов уже уловил мой слух. Геликоптеры шли низко, особо не скрываясь. Ожидаемо у них была стёрта какая-либо идентификация. Да, мы определили их тип, но вот принадлежность определить было невозможно. Она была искажена и затёрта, дабы не осталось даже остаточного следа кому принадлежат эти машины. Разумно, учитывая, что официальной войны мне объявлено не было.
– Как думаешь, какой у них план? – спросил я у Волка.
– Да думаю не хитрый. Сравнять усадьбу с землёй, а потом добить выживших. Грубо, тупо, но эффективно.
– Не могу с тобой не согласиться, – сказал я.
На этот раз Доброхотов решил перестраховаться.
