Автор
Когда Один умирал, он оставил свое могучее копье среди древних камней побережья Байкала, и в эти минуты молчания, когда весь мир казался тихим, призрак отдал ему свой кодекс. Теперь это знамя лежит на дне реки Ялуо, где исчезли последние остатки его легендарного народа Галактионовы. Каждый из новых охотников, собравшихся вокруг могучего копья, чувствует связь с этим прошлым....
Когда мне доложили, что все вертолеты с людьми герцога улетели, я обернулся к Волку и вернувшимся гвардейцам.
— Что, ребята, хотите посмотреть представление?
Они глянули на меня недоуменно, но все утвердительно кивнули.
— Конечно хотим!
— Семёновна, сделай попкорн! — крикнул я нашей главной кухарке, что стояла на пороге вместе с Анной. — Много попкорна! — повернулся к гвардейцам. — У вас пиво в холодильниках есть?
Всё так же недоуменно они ответили утвердительно.
— Ну, тогда… — я посмотрел на часы, — Через полчаса жду вас здесь.
Через полчаса пришли все до одного гвардейцы. Я посмотрел наверх, и увидел, что из дежурной комнаты торчат четыре морды, которые не могли покинуть пост, но которым тоже было интересно.
Я встал и прошёлся. Семёновна дала отмашку, и ребята прибежали со свежим попкорном, и несколькими ящиками холодного пива. Все расселись, как на представлении.
— Ну что, ребята, — хмыкнул я, проходя мимо строя, заложив руки за спину.
Я свистнул.
Потихоньку подтянулась недовольная Кара, заинтересованный Затупок, со своим братаном Дегенератом. Степенно вперёд выступил Один, пытаясь изобразить мою позу, заложив руки за спину, и внимая каждому моему слову. Из подвала вышла на свет божий розовая Красивая, и за ней шагал Бурбулис.
— Эй-эй… — покачал я головой. — Музыкант, пиво будешь?
Бурбулис посмотрел на меня недоуменно. Он собирался уже направиться в «красный угол ринга».
— Пиво? — протянул он. — Может… вина?"
"— Присоединяйтесь, уважаемый Бурбулис, — весело крикнула Анна, которая сидела в первых рядах с бокалом шампанского. — Пускай эти мужланы пиво хлещут. А у меня “Империал” пятнадцатилетней выдержки.
— С удовольствием составлю вам компанию, госпожа!
Гвардейцы вокруг рассмеялись. Все они привыкли к Анне, полюбили её, и относились к ней, фактически, уже как к госпоже.
