Автор
Когда Один умирал, он оставил свое могучее копье среди древних камней побережья Байкала, и в эти минуты молчания, когда весь мир казался тихим, призрак отдал ему свой кодекс. Теперь это знамя лежит на дне реки Ялуо, где исчезли последние остатки его легендарного народа Галактионовы. Каждый из новых охотников, собравшихся вокруг могучего копья, чувствует связь с этим прошлым....
А вот дальше... Показал... Только не он, а ему. Странный здоровый лысый, что служил простым водилой у Иста. Ну, он вначале так подумал."
"А потом лысый открыл рот, и поручик свой вынужденно закрыл.
Пять минут воплей и криков. Гордеев внезапно вспомнил армейское училище и своего курсового офицера. У него была кличка среди курсантов — Зверь. Так вот. Зверь — ребенок по сравнению с этим странным лысым!
Пять минут криков и матов. А затем еще пять минут нотаций. И спас его Ист-барон, что отозвал своего цепного пса, а то бы тот изгалялся еще долго!
И ведь самое удивительное, сам Гордеев даже слова вставить не мог.
* * *
К Архипу я заходил, весело напевая песенку, которая засела в моей голове.
— Здравствуйте, Марья Ивановна! Большой босс у себя? — подмигнул я секретарше, которую уже хорошо знал.
— Ой, Александр, а вы знаете, что господин Хрулев...
— Конечно, знаю, — не дал ей выбросить на меня целый поток информации.
Большая шоколадка, вытащенная из сумки, аккуратно ложится на стол, а улыбка женщины становится еще шире.
— Конечно у себя, проходи! Я сейчас кофе сделаю… или чаю лучше? — защебетала она, и по деловому принялась расхаживать по приемной в поисках нужных вещей.
С самого начала нашего знакомства я разрешил ей обращение на ты. В этом мире я выучил один ценный урок, который не раз меня спасал, особенно у Годартов. А именно, с секретарями нужно дружить и никогда… Никогда, еще раз повторяю, не обижать их.
Вообще удивляюсь, как туда берут простолюдинов. Эта профессия наделена такой властью, что даже иногда пугает.
Вот помню, звонил я Хрулеву, мол, зайду поговорить, а он такой, я занят, и освобожусь нескоро, у меня важная конференция. Зашел к Марье Ивановне и узнал, что он не занят, а пьет свой успокаивающий чай, и просто любит это делать в одиночестве.
Вот прямо так зашел, как сейчас к Архипу.
А Архип, красавец, как я погляжу.
— Ну, здравствуй! — улыбнулся я с порога, и раскинул в стороны руки. — Должен заметить, костюм тебе идет.
— Галактионов? — от удивления расширились его глаза. — Как ты?.. Я же велел никого не пускать!
— Ага, велел... Не бери в голову, я к тебе в гости пришел, а ты «не пускать»! — в нашем деле главное не молчать, чтобы зубы заговорить.
