Первый Охотник стоял перед Стеной Откровения на карте Множественных Миров, отметив сквозь слезы то, что еще пять миров перешли под контроль Неведомого. Взгляд его встретился с четырьмя уцелевшими мира, которых необходимо отбить у бесконечных сил. Однако кажется, Орден постепенно проигрывает эту неравную битву в Многомерной Вселенной....
Тот глубоко не вошел, но все же… Неприятно, наверное.
— Я? Александр Галактионов! Тот, кого вы уже достали, — то, что они покушались на жизнь Хельги, я им не прощу.
Ведь я точно уверен, что он тоже замешан в этом.
Дед понял, что я тоже не собираюсь выдавать ему свои секреты, и отошел назад, держась за грудь.
— Достал ты меня… Мальчишка… Пожалуй… Я готов! — он сказал это таким голосом, словно собирался сейчас умереть.
Таки да, собрался… После своих слов он не дал времени мне на ответ, а забрался оставшейся рукой за пазуху и достал оттуда магический медальон с изображением кого-то там.
А вот дед умер… Амулет обмена… Знаю такие вещи, они очень неприятны тем, что забирают жизнь человека в обмен на призыв. Их еще называют контрактными артефактами, ведь они, и правда, заключают контракт.
— Богомол… — проговорил китаец, который перед этим помогал деду, в ужасе глядя на это существо.
А оно, и правда, было неземным существом. Полностью черное, с металлическим блеском, и ростом метра под четыре, доставая своей холкой до потолка.
Это были последние слова китайца, он сейчас лежал разрубленным на две половины.
— Вот и зачем это было делать? — покачал я головой, и присел на ступеньку, рядом с порталом, так, чтобы все контролировать.
Дед, тот еще молодец. Призвал Богомола, чтобы он убил меня. Вот только существу было плевать, кого убивать. Он хотел не только меня на тот свет отправить, но, и вообще, всех. Вот и вышло, что он сейчас гоняется за своими, и нарезает их на мелкие ломтики.
Через портал, кстати, уже никто не проходил, да и сам он стал менятся, видно, что активировали процесс закрытия.
В какой-то момент богомол заметил меня, и кажется, ему не понравилось, что я не сражаюсь и не убегаю. И решил прибить меня за наглость.
Я уже задолбался слушать эфир, в котором Волк сообщал, что все комнаты зачищены, и теперь осталась моя, и еще парочка рядом. А это означало, что не только людям не повезло, но и богомолу.
