Первый Охотник стоял перед Стеной Откровения на карте Множественных Миров, отметив сквозь слезы то, что еще пять миров перешли под контроль Неведомого. Взгляд его встретился с четырьмя уцелевшими мира, которых необходимо отбить у бесконечных сил. Однако кажется, Орден постепенно проигрывает эту неравную битву в Многомерной Вселенной....
"
"— Вы зря его недооцениваете, — усмехаясь, встал на мою защиту Андрей. — Александр вернул Империи «Верность», не побоюсь этого слова, героически, практически единолично, своими силами. Но даже если взять в расчет помощь Северного Королевства, то разве многие могут похвастаться такими союзниками? И это мелочи… Про то, что его Род древнее нашего, я уже молчу. А закрытие радужного Разлома? При всем этом он взял ранг Абсолюта.
— Хм… Вы правы, княжич! Если посмотреть с такой стороны, то это достойная партия, — улыбнулась девушка.
— Благодарю вас! — важно кивнул Андросов. — Я был рад поделиться своей радостью с гражданами Империи.
*Хрусь*
Треснул дубовый стол, за который я держался рукой. Подстава… Полная подстава. По другому и не скажешь.
— Шы-шы-шы-шы… Ш-ш-ш-шандра Ш-ш-ше-ни-ли!
— Ожил? Сейчас я тебя повторно отправлю туда… — грозно посмотрел я на Шнырьку, который, кажется, потерял нюх, и спокойно сидел на столе.
— Ой! Какая милашка! Ура! Ожил! — пискнула Анна, и схватила Шнырьку с такой скоростью, что он даже в тень не успел провалиться.
Дальше все события у меня происходили, как в тумане. Я набрал Андросова, но мне сообщили, что телефон выключен. Продуманный гад.
Поскольку высказаться я ему не мог, то мне требовалось место, где я смогу выплеснуть все свои эмоции.
Не сказать, что они были у меня какие-то особо злобные… Нет… Странные, да.
Ну, Андрюха… Может мне объявить войну Китаю? Чтобы ты только и делал, что лечил моих людей.
Ноги привели меня на тренировочную площадку, где Ратник с одним мечом в руках сражался сразу против шестерых гвардейцев. Таким образом, он показывал им возможности холодного оружия.
Волк тоже был тут, но он сидел и наблюдал с перевязанной головой. Кажется, он был первым в спарринге.
— Ратник! — позвал я его. — Есть дело…
Мигом все гвардейцы были побеждены, и он возник, как тень возле меня.
— Готов!
Хотя у меня было к нему одно очень специфическое дело, которое касалось его, как легионера, и меня, как Охотника, но не взять с собой Волка я не мог. Это могло бы здорово оскорбить его.
