О чём книга «Кодекс Охотника. Книга XXXIII»
Кодекс Охотника. Книга XXXIII — книга автора Олег Сапфир. Жанры: Любовные романы, Боевая фантастика. Описание, жанры и похожие книги на Chitat.online.

Автор
Кодекс Охотника. Книга XXXIII — книга автора Олег Сапфир. Жанры: Любовные романы, Боевая фантастика. Описание, жанры и похожие книги на Chitat.online.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Кодекс Охотника. Книга XXXIII» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Кодекс Охотника. Книга XXXIII — книга автора Олег Сапфир. Жанры: Любовные романы, Боевая фантастика. Описание, жанры и похожие книги на Chitat.online.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Олег Сапфир Легкое чтение Любовные романы Боевая фантастика Самиздат подборки серии
Кодекс Охотника. Книга XXXIII — книга автора Олег Сапфир. Жанры: Любовные романы, Боевая фантастика. Описание, жанры и похожие книги на Chitat.online.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Кодекс Охотника. Книга XXXIII» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Протянув руки к голубому огню Кодекса, Волк закрыл глаза и произнёс:
— С Кодексом в сердце… с Кодексом в душе…
Хранитель Дорничев… Да-да, у Хранителей не было имён. Все они были просто Хранителями.
Дело в том, что, общаясь друг с другом, они, в принципе, не могли перепутать кого-то с кем-то. Точно так же Многомерная Вселенная общалась с ними напрямую. Тем более, что Хранители практически всю свою жизнь пребывали в одиночестве. Но бывали нюансы, типа запретных миров, где Хранители защищали все уровни мира. Но даже в этом случае их общение было сильно ограничено.
Но вот теперь у Хранителя было имя, и звали его Дмитрий Дорничев. Так решил он, и так решили его жёны. И прямо сейчас он пришёл для того, чтобы получить ответы. Вот только сущность, которая предстала перед ним, эти самые ответы давать совсем не собиралась.
— Кто меня предал? — устало повторил Хранитель, наверное, уже в сотый раз.
Он пытался быть вежливым, но в ответ получал полное игнорирование и непонимание важности вопроса.
— Кто меня подставил?
В ответ снова было молчание.
Что бы сделал Хранитель раньше? Ну, кроме того, что он, в принципе, не пришёл бы в это место пытаться собрать информацию. Так вот, прежний Хранитель, если бы он сюда добрался и не получил ответа, он смиренно бы покинул запретное место и вернулся обратно. Почему? Да потому, что такова воля Многомерной Вселенной, и он, Хранитель, должен следовать правилам.
Вот только сейчас он был не просто Хранителем. Он был ещё и графом Дорничевым, мужем прекрасных жён и отцом чудесных детей.
А ещё, оказывается, у него есть честь, которую он должен защищать, ведь его и его семью предали и хотели убить. Если бы покушение на себя, как на обычный винтик Многомерной Вселенной, причём заменяемый винтик, он готов был бы простить, то покушение на его любимых… это нечто за гранью. За той гранью, на которую он должен получить ответ.
— Если ты не дашь мне нужную информацию, я тебя уничтожу!
В первый раз могущественная сущность, что находилась перед ним, соизволила ответить. И первое, что было — это мерзкий смех.
— Хранитель, ты сломался. Уничтожить меня? У Хранителей нет такой функции. Они не могут причинить мне вред. Поэтому уж пошёл бы ты отсюда подальше. Ты и так в чёрном списке не сумевших выполнить задачу Вселенной. Вряд ли у тебя появится второй шанс, поэтому возвращайся в ту дыру, откуда ты вылез, и молись, чтобы Вселенная не решила тебя аннигилировать.
— Меня аннигилировать? — недобрая усмешка появилась на лице у Хранителя, что несколько смутило сущность. Ведь всем известно, что Хранители не способны на проявление эмоций. — Да, возможно, она это может сделать. Это в её силах. Где я, где Вселенная? Но кое в чём ты ошибаешься, а именно в том, что я не могу тебя уничтожить.
— Хранитель, ты сломался.