Вот только в этот момент все Охотники в зале внезапно замолкли и приподняли голову. Кодекс пришёл в обитель своих братьев, и, судя по всему, пришёл с важным посланием, которое в этот раз было в качестве голографического изображения, возникшего прямо над столом.
— Это же Сандр? — посыпались со всех сторон возбуждённые голоса.
— Да, вроде он, только он какой-то молодой, а так вроде точно он.
— Это что, старая запись?
— Да, запись, но новая, — широко улыбнулся Мак, который видел своего брата уже в новом обличье.
Как будто по команде, голограмма ожила. И как только она начала двигаться, исчезли абсолютно все сомнения. Это был точно Сандр, это были вот точно его жесты и его взгляд. Оперевшись на одну ногу, он отставил вторую, затем сложил руки на груди и широко улыбнулся.
— Ну что, бездельники, соскучились по дяде Сандру? Я по вам точно! У меня есть две новости: хорошая и плохая. Знаю, что мы всегда выбирали первой хорошую, но в моём новом мире другой ритуал, поэтому я начну с плохой. Плохая заключается в том, что в данный момент ни я не смогу прийти к вам, ни вы ко мне. Я не смогу обнять вас и выпить по кружечке пива. Ну и надавать тумаков некоторым из вас. Дэн, Мак, если вы здесь, то у нас с вами есть кое-какие незаконченные делишки. Ну а хорошая новость заключается в том, что теперь мы можем обмениваться информацией. Так что, братишки, если вам станет на душе совсем тяжело или понадобится моя помощь, а она вам обязательно понадобится, так было всегда, и так всегда и останется… Так вот, вы можете отправить мне послание. И если у меня будет хорошее настроение, я вам, конечно же, помогу. Но ваш долг ко мне увеличится. Так что хорошенько думайте. Кодекс благоволит самостоятельности, и я это одобряю. За сим откланяюсь. Но скажу — до свидания, братья! С Кодексом в сердце! — стукнул он себя кулаком в грудь.
— С Кодексом в душе! — повторили жест присутствующие здесь Охотники. И голограмма пропала.
В зале тут же возникло оживление, как будто кто-то вдохнул новую жизнь. Смурные лица разгладились, появились улыбки. Кто-то засмеялся, кто-то затянул песню. Затем они вспомнили про сурового Мака, на секунду заткнулись и обернулись, вопросительно глядя на него. Но тут уже не выдержал сам Мак. Он громко расхохотался, запрокинув голову вверх.
