В жизни Алины нет места радости: пьющая мать, постоянные финансовые проблемы, учеба. Единственное убежище — уютная кофейня «Румпель», где она работает официанткой. Но когда в этот мирок врывается неожиданная беда, привычный мир начинает рушиться. Алине предстоит найти в себе силы, чтобы...
Раздел Chitat.online для книги «Кофе с любовью» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В жизни Алины нет места радости: пьющая мать, постоянные финансовые проблемы, учеба. Единственное убежище — уютная кофейня «Румпель», где она работает официанткой. Но когда в этот мирок врывается неожиданная беда, привычный мир начинает рушиться. Алине предстоит найти в себе силы, чтобы...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В жизни Алины нет места радости: пьющая мать, постоянные финансовые проблемы, учеба. Единственное убежище — уютная кофейня «Румпель», где она работает официанткой. Но когда в этот мирок врывается неожиданная беда, привычный мир начинает рушиться. Алине предстоит найти в себе силы, чтобы...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Широкая кровать с высокой мягкой спинкой, шелковое постельное белье, причем, скорее всего, шел натуральный. Справа большое окно, завешенное вертикальными жалюзи в цвет стен, слева – две двери, а в простенке между ними комод, картины на стенах с посветкой. Просторно, светло, без излишеств. Тут Алина нахмурилась. Без излишеств! Нейтральные тона! Черт побери, да она в спальне Довлатова! Точно-точно, в памяти начали всплывать жалкие обрывки вчерашнего вечера. После ресторана они сели в машину и… и… Алина тут же заглянула под одеяло, фу-х, одежда на месте. Значит обошлось. Так, а времени-то сколько? Девушка привстала и обнаружила на тумбе рядом с кроватью свой телефон. Полшестого! А к восьми тридцати надо быть в кофейне. Хотя, раз она в доме управляющего, опоздание ей не грозит.
Из кровати вылезла нехотя, после подошла к окну, отодвинула в сторону жалюзи. Ого! Оказывается, Рома живет за городом. Сколько зелени, ровные газоны. Да уж… Но пора и честь знать. Однако за дверью уровень восхищения только вырос. Как же у него круто. Ничего лишнего, чистота и в то же время уютно. Такие дома ей доводилось видеть разве что в журналах по дизайну и ремонту. Эх, если бы в их квартире сделать ремонт, обновить мебель…
С первого этажа доносились звуки посуды и приглушенные голоса. Спустившись вниз, Алина оказалась в большом помещении, которое было зонировано мебелью на гостиную и кухню-столовую. На тумбе стоял телевизор, а у плиты спиной к ней – Довлатов в спортивных штанах и с голым торсом. Ничего себе, широкая спина! Интересно, а каков он спереди? Алина прокралась к столу:
– Доброе утро, – произнесла негромко.
Рома сразу развернулся. Спереди все еще лучше. Не качок, но стройный. Высокий, сильный мужчина, который следит за собой, однако в спортзалах не ночует. Алина с таким интересом его разглядывала, что Рома не удержался и помахал ей рукой:
– Доброе утро. Выспалась?
– Да, – и густо покраснела.
– Омлет будешь?
– Буду. Ром, – замялась даже, – а можно я приму душ у тебя?
– Конечно. Хочешь в моей ванной, хочешь в гостевой. И там, и там полотенца есть.
– Спасибо, – и поспешила обратно наверх. Как же хотелось поскорее оказаться под горячей водой.
И только девушка скрылась из виду, как раздался звонок телефона Ромы. Снова Вика. Забавно, уже третий раз за два дня. Такого раньше не наблюдалось.
– Привет.
«– Привет, Ром. Я помню, ты говорил, что занят. Но все же… я хочу тебя видеть. У меня завтра свободный день и ….»
– Ладно, – решил согласиться, заодно поговорят. – Приезжай сегодня вечером. Я постараюсь освободиться пораньше.
«– Хорошо. До встречи»
Рома выдохнул, после чего вернулся к омлету. А Динь-Динь стояла в душевой кабине. Пришлось воспользоваться его гелем для душа, ничего другого все равно не было.
