Автор
Майкл Стерлинг оказался в замкнутом пространстве вместе с опасными мужчинами-королевскими родственниками. Их встречи вынуждены скрываться под мрачной маской дружбы, но каждый день становится более трудным, и его внутренние конфликты начинают тянуть в разные стороны. Атмосфера здесь непредсказуема — от притворства до откровенного насилия, все что нужно для выживания....
От двери донесся какой-то тихий звук, и, подняв глаза, он увидел входящую Франческу. Она была в одних чулках и шла очень тихо, явно боясь потревожить его. Приблизившись к постели, она наконец посмотрела на него, и у нее вырвалось удивленное «ах!».
– Так ты не спишь, - заговорила она. Он кивнул и спросил:
– Который час?
– Полдевятого. Не так уж поздно, если не учитывать, что вчера ты заснул задолго до ужина.
Он снова кивнул, так как сказать ему было, в сущности, нечего и к тому же было трудно говорить.
– Как ты себя чувствуешь? - спросила она, усаживаясь возле него.
– Чувствую я себя ужасно, а что до «съесть», то спасибо, нет.
Губы ее изогнулись в улыбке.
– А попить? Он кивнул.
Франческа взяла небольшую чашку, стоявшую на столике рядом. Чашка была прикрыта блюдечком, видимо, для того, чтобы содержимое помедленнее остывало.
– Это еще вчерашний, - извиняющимся тоном сказала она, - но я приказала его прикрыть, так что не такой уж он должен быть ужасный на вкус.
– Бульон? - спросил он.
Она кивнула и поднесла ложку к его губам.
– Слишком холодный?
Он отхлебнул немного и отрицательно покачал головой. Едва теплый бульон был ему сейчас более приятен, чем что-нибудь слишком горячее."
"Франческа молча кормила его с ложечки минуту или две, а потом, когда он сказал, что хватит, поставила чашку обратно на столик, снова аккуратно прикрыв блюдечком, хотя, надо думать, когда она соберется кормить его в следующий раз, то просто прикажет принести из кухни свежий бульон.
– У тебя жар? - шепотом спросила она.
Он постарался напустить на себя беззаботный вид.
– Представления не имею. Она протянула руку к его лбу.
– Не успел еще принять ванну, - пробормотал он, чувствуя неловкость при самой мысли, что вот сейчас рука ее коснется его липкой кожи, и стесняясь даже произнести слово «пот» в ее присутствии.
Она, похоже, и не заметила этой его попытки пошутить, только нахмурила брови и крепче прижала ладонь к его лбу и вдруг, поразив его внезапной стремительностью движений, вскочила, склонилась над ним и быстро коснулась его лба губами.
– Фрэнни?
– У тебя жар, - сказала она, едва дыша от волнения. - У тебя жар!
Он только моргал в ответ.
– У тебя все еще высокая температура, - продолжала она возбужденно. - Неужели ты не понимаешь? Если у тебя все еще жар, то это никак не может быть малярия!
На мгновение он перестал дышать. Она была права! Как странно, что эта мысль не пришла в голову ему самому, но она была права.
