Автор
Майкл Стерлинг встречает женщину своей мечты - прелестную Франческу Бриджертон. Но его счастье длится недолго: завтра она выходит замуж за другого. Теперь Майклу предстоит выбор: смириться с потерей или бороться за свою любовь, нарушив все правила высшего общества.
Теперь всякий, имеющий в семье хоть одну незамужнюю родственницу, будет считать себя вправе изводить ее.
Майкл уже считался самым завидным женихом сезона, а ведь он даже еще не появлялся в свете.
– Леди Килмартин!
Она подняла глаза. Старая леди Данбери шла к ней. Вряд ли когда-нибудь более эксцентричная и несдержанная на язык особа удостаивала своим присутствием бальные залы Лондона, но Франческе старуха скорее нравилась, так что она улыбнулась ей, мельком отметив, что гости слева и справа от нее поспешили удалиться в неизвестном направлении.
– Леди Данбери! - заговорила Франческа. - Как приятно видеть вас! Весело ли вам на балу?
Леди Данбери неожиданно стукнула своей клюкой об пол.
– Мне стало бы куда веселее, если б кто-нибудь сказал мне наконец, сколько же твоей матери исполнилось лет!
– Я ни за что не осмелюсь назвать мамин возраст!
– Пф-ф! Что за глупости! Уж верно, она помоложе меня.
– А сколько лет вам? - осведомилась коварная Франческа сладким голосом.
Морщинистое лицо леди Данбери расплылось в улыбке.
– Хе-хе-хе! Ловко! Нет, этого я тебе не скажу, и не надейся.
– Тогда вы должны понять, что преданность матери и меня обязывает к молчанию.
– Пф! - фыркнула леди Данбери в ответ и опять застучала клюкой об пол. - Но какой смысл отмечать день рождения, если никому не известно, что именно мы празднуем?"
"– Может, это просто праздник жизнелюбия и долголетия?
Леди Данбери только хмыкнула и неожиданно спросила:
– И где же этот твой новый граф? До чего же прямолинейная старуха!
– Он не мой граф, - заметила Франческа.
– Ну уж скорее твой, чем чей-нибудь еще.
И это, возможно, было правдой, хотя Франческа вовсе не собиралась укреплять в этом мнении леди Данбери, так что она просто сказала:
– Полагаю, его"" сиятельство стал бы сильно возражать против такого определения, так как считает себя принадлежащим единственно самому себе.
– «Его сиятельство», значит? Не слишком ли это официально? Мне казалось, что вы были очень дружны.
– Мы и сейчас друзья, - сказала Франческа. Но быть друзьями - это одно, а демонстрировать фамильярность, говоря о нем как о Майкле на людях, - другое. Совсем ни к чему давать пищу для пересудов. Тем более если она хочет сохранить собственную репутацию в первозданном виде, ведь ей и самой надо будет подыскивать себе мужа. - Он был братом и самым близким другом моего мужа, - подчеркнула она.
