Когда я вспоминаю наши дни в Даркуотер-Холлоу, боль, которую я испытываю, просто невыносима. Это хуже, чем боль от того, что я был на ринге с Алессио. Я бы позволил ему крушить меня снова и снова, если бы это означало, что у меня есть надежда вернуть нас.
Блейк хнычет. Звук разрушительный. — Никогда не будет так, как было. Не здесь.
— Поверь мне, я знаю. Но я также знаю, что пока бьется мое сердце, я буду пытаться найти путь к тебе. К нам.
Ее сияющие глаза пронзают меня насквозь, когда она всхлипывает.
Я прижимаюсь лбом к ее лбу. — Ты для меня — это все. Ты — моя первая любовь. И ты моя последняя.
Она задыхается и толкает меня в грудь. — Будь ты проклят, Неро.
А затем она прижимается своими губами к моим.
Поцелуй — это взрыв. Высвободившаяся энергия вливается в мои вены и поселяется там, воспламеняя мое тело.
Наш план разрушен. Для меня больше нет выхода. Никакой надежды на уход. Мысль о том, что я навсегда застряла в этом мире, должна была бы опустошить меня.
Но вместо этого я испытываю глубокое чувство облегчения, которого не испытывала с тех пор, как мы приехали в Нью-Йорк.
Впервые в жизни эти две вещи не совпадают.
Мне нужен Неро — преступник, готовый умереть за меня, убить за меня, отдать за меня все.
И теперь нет смысла сопротивляться своим истинным чувствам. Я могу просто отдаться Неро и этой новой жизни.
Мы отдаляемся друг от друга лишь настолько, чтобы сорвать с друг друга одежду. Его руки жадно скользят по моим голым бедрам и хватают за задницу. Спотыкаясь, мы падаем на кровать, и мои ноги спотыкаются о его ноги в моем стремлении привести нас в горизонтальное положение. Простыни разлетаются вокруг нас белым облаком, когда мы наконец рухнули на кровать.
Твердое, мускулистое тело Неро прижимается ко мне. Он повсюду — его запах, его плоть, его тепло. Воздух в моих легких наполняется им настолько, что становится трудно дышать, но я не возражаю.
Я скучала по этому. Боже, как мне этого не хватало.
— Открой глаза, — приказывает он. — Больше не прячься от меня. Я не позволю тебе уйти в себя.
Наши взгляды встречаются. Золотые искры в его глазах ярче, чем обычно, как будто они горят изнутри. Его тело излучает тепло, а когда его губы путешествуют по моей шее, покусывая и облизывая ее, он оставляет за собой огненный след.
— Черт, как же с тобой хорошо, — простонал он, обхватывая рукой мою грудь и проводя большим пальцем по соску так, что искры пробегают по всему телу до самого клитора.
Я извиваюсь под ним, желая большего.
