Автор
В темное небо грозы прорезались тонкие полоски сизого света, как будто выжигая оранжевыми прожилками розовый ландшафт. Ветер приносил дурманящие ароматы цветов, делая воздух свежим и одновременно густым запахом мокрой земли. Хотя казалось, что время замедляется в этот момент, ожидание шторма создавало изолированный мир вокруг розовых цветов, готовых уже сегодня отцвести....
— Откуда ты можешь знать, что это его первый автомобиль?
Эмили неторопливо вынула снимок из «кармашка».
— Читаем на обороте: «Папин первый автомобиль».
Вернув снимок на место, она перевернула еще несколько страниц альбома.
— Хотела показать вам еще вот эту фотографию.
— Эту я заметил, — сказал Энди. — Очень хороший снимок сарая. По-моему, его сделал профессиональный фотограф.
— Снимок был сделан по случаю окончания постройки сарая, — сказала Эмили.
— Тоже надпись на обороте, я полагаю? — пробормотал Энди.
— Угу, и еще там есть имена запечатленных на нем людей, — указательный палец Эмили уперся в мужчину, находившегося в центре группы на снимке. — Это Папа — законный владелец сооружения. Рядом — его жена, на полшага позади, как было принято в то время. С другой стороны Матильда. Этот маленький мальчик — брат Матильды. Он умер несколько лет спустя от гриппа во время страшной эпидемии, что разразилась после войны. Остальные — прислуга и наемные рабочие.
Ее палец скользнул по напряженно застывшим фигуркам — белым и чернокожим, поварихе и горничным, работягам-поденщикам — и остановился.
— Его звали Тадеуш Варановски.
— На обороте снимка, — повторил Энди, как попугай.
— Да, все на обороте. Его имя подчеркнуто и отмечено маленькой звездочкой. Взгляните, — она подала Диане увеличительное стекло.
Под лупой лицо словно выпрыгнуло из общего ряда, слегка размытое увеличением, но отчетливо видное. Замороженная напряженность поз остальных на нем была не видна — он стоял совершенно непринужденно, показывая из-под усов белозубую улыбку.
— Он был подмастерьем у плотника, — сказала Эмили. — Это тоже написано сзади, но только я думаю, что Матильда здесь несколько ему польстила. Это чернорабочий, кочевавший из штата в штат. Такого имени не значится в архивах нашего округа. Иностранец, иммигрант, абсолютно не пара дочери хозяина дома, это уж точно.
Энди все еще пытался выдвигать последние возражения:
— Как же его тело могло оказаться под полом сарая, который он сам и помогал строить? Хотя, быть может, с ним расправился какой-нибудь другой рабочий и спрятал труп там…
— Это вполне вероятно, — согласилась Эмили, — но я не думаю, что все случилось так. Если видения Дианы имеют под собой реальную почву, она тайком выбиралась по ночам из дома, чтобы встречаться с ним.
