Автор
В темное небо грозы прорезались тонкие полоски сизого света, как будто выжигая оранжевыми прожилками розовый ландшафт. Ветер приносил дурманящие ароматы цветов, делая воздух свежим и одновременно густым запахом мокрой земли. Хотя казалось, что время замедляется в этот момент, ожидание шторма создавало изолированный мир вокруг розовых цветов, готовых уже сегодня отцвести....
Ты видела или слышала что-нибудь, выходящее за рамки обычного? Никакого шепота в темных углах или летающей мебели в стиле классического полтергейста? Нет, можешь не отвечать. У тебя бывает очень враждебный вид, знаешь ли. Я и сам склонен к тому, что для сверхъестественного здесь совершенно неподходящая аура. Ни дуновения в застоявшемся воздухе. И посмотри на домашних животных: абсолютно безмятежны, а ведь предполагается, что они первыми чувствуют присутствие потустороннего.
Дыхание Бэби при этом перешло в чуть слышное похрапывание.
— Нет, — Энди помотал головой, — не вяжется. А жаль, хотел бы я взглянуть на средней руки призрак. Впрочем, есть еще две версии. Первая — своеобразный акустический феномен. Музыку проигрывают где-то снаружи, а динамики расположены внутри, в этой комнате.
— Где же?
— Черт меня побери, если я знаю! Придется посоветоваться с друзьями, разбирающимися в бытовой электронике.
— Как я погляжу, друзей у тебя хватает… Так, теперь второй вариант.
— Да, друзей у меня много, и было бы неплохо, чтобы один из них нашел какое-то разумное объяснение. Дело в том, что вторая версия не столь безобидна, как предыдущая.
— Так и знала.
— Конечно, ты немедленно заподозрила меня!
— И до сих пор не оставила этих подозрений полностью.
Энди немедленно встал в позу — уперся руками в пианино и широко расставил ноги.
— Хочешь, обыщи меня.
— Ты до невозможности фриволен, — сказала она недовольно. — Спасибо, но это лишнее. Подобный звук могла бы производить любая миниатюрная вещица, укрепленная на твоей неотразимой персоне.
— Такая же малость могла быть спрятана и в другом месте. Ты пробовала искать?
— Нет. Я убедила себя, что мне это пригрезилось.
— Теперь ты знаешь — это не так. Давай-ка займемся поисками прямо сейчас.
В процессе поиска Диана подумала про себя, что если у Энди совесть нечиста, его призвание — на театральных подмостках. В его действиях оказалось значительно больше систематичности, чем в ее собственных. Он двигал мебель и заглядывал под нее, снимал с полок книги.
Под конец измученная Диана плюхнулась в кресло и потянулась за своим кофе. Остывший, он был омерзителен на вкус, и она снова оставила чашку на блюдце.
— Бессмысленная трата времени, — сказала она устало.
