Автор
В библиотеке когда правит страсть — история двух сердец, влюбленных во времена княжества. Леонард Кастнер и Лилиана Мартинес насквозь пронизаны силой их страсти, несмотря ни на что: политические революции или тайные браки.
Кристоф, улыбнувшись брату, наклонился к Алане, чтобы поддразнить ее:
– Он не знает, чего лишился, отказавшись побывать в твоих объятиях."
"Хорошо еще, что он прошептал это, сидя с ней рядом, так что никто, кроме него, не заметил, как она покраснела. Но самый неловкий момент случился, когда пришло время спать и Элла сказала Алане:
– Пойдемте, я покажу вам комнату.
Но Кристоф остановил их и заявил тоном, в котором уже не было шутливых ноток:
– Нет, она проведет ночь в моей комнате. Ей грозит опасность. Люди, желающие убить ее, настроены достаточно серьезно, чтобы вломиться в дом и добраться до нее.
– Мы не собираемся делить постель, леди Бекер, – заверила Алана.
– Разумеется, нет, – согласилась Элла. – Она может спать со мной, Кристо.
– А где буду спать я? – поинтересовался Жофрей.
Алана уже решила, что все улажено, когда Кристоф сказал:
– Боюсь, матушка, мне придется настоять на своем. Не хочу, проснувшись утром, найти вас обеих с перерезанными глотками. Мой долг защищать Алану, и я не собираюсь всю ночь сидеть у двери твоей комнаты.
– Ты действительно считаешь, что они могут пробраться в дом? – спросила Элла.
– Они уже вламывались в мою квартиру, чтобы добраться до нее.
Алана подумала, что это слишком мягко сказано, поскольку на самом деле она находилась в тюрьме, соединенной с его покоями переходом. Но он, очевидно, не хотел посвящать семью в такие подробности.
Элла наконец кивнула, добавив:
– Кристоф, я велю внести в твою комнату топчан.
Одержав в споре победу, он улыбнулся и сказал матери:
– Хорошо, проводи Алану. Я еще посижу.
Когда он поднялся наверх, Алана уже спала. Она оставила для Кристофа лампу горящей, хотя в камине ярко полыхал огонь. После очередного утомительного дня она уснула, как только в дальнем конце комнаты установили топчан. А когда проснулась, была еще ночь, и разбудило ее прикосновение обнаженного тела Кристофа.
Она открыла глаза и увидела его улыбающееся лицо.
– Зачем ты солгала моей матери, уверяя, что мы будем спать в разных постелях?
Если бы он действительно хотел заняться с ней любовью, то вряд ли стал бы отпускать шуточки, задевающие ее моральные устои, не так ли?
Чтобы остановить его, прежде чем сама поддастся искушению, Алана предупредила:
– Только тронь меня, и я закричу. Твоя семья прибежит узнать, что случилось. Посмотрим, как ты будешь выкручиваться.
– Я просто скажу им, что ты кричала от наслаждения.
