Автор
В библиотеке когда правит страсть — история двух сердец, влюбленных во времена княжества. Леонард Кастнер и Лилиана Мартинес насквозь пронизаны силой их страсти, несмотря ни на что: политические революции или тайные браки.
– Но перед вами стоит живое доказательство обратного.
– Почему я должна верить? Потому что она так утверждает?
– Вообще-то она считала себя дочерью Фредерика, потому что человек, похитивший ее, думал, что имеет дело с принцессой, о чем он позже и рассказал ей. Но благодаря вам он украл не того ребенка.
– Благодаря… мне… – пробормотала Хельга, запинаясь, и начала плакать.
Но это было совсем не похоже на слезы счастья.
Глава сороковая
– Все эти годы я думала, что он похитил тебя, чтобы убить.
Хотя голос Хельги был преисполнен сомнения, эта фраза была первым свидетельством того, что она начинает им верить.
Алане удалось снова усадить Хельгу на софу. Кристоф протянул ей платок, чтобы она могла вытереть слезы, но сам не сел, отступив назад. Хельга же, утершись платком, положила его на колени, не замечая, что время от времени по щеке стекает случайная слеза.
Алана села с ней рядом и даже попыталась успокоить, коснувшись ее руки, но, ощутив, как Хельга напряглась при ее прикосновении, решила не делать этого.
Она почувствовала себя отвергнутой. Краткий прилив счастья, нахлынувшего при виде смеющейся Хельги, иссяк. Пока что в этом воссоединении не было ничего радостного. Впрочем, Алана по-прежнему надеялась, что, как только потрясение пройдет, обеим сразу станет легче.
Пытаясь лучше прояснить ситуацию, Алана сказала:
– Он действительно забрал меня, чтобы убить. Но не смог этого сделать и вырастил меня как дочь.
– А был убийцей? – ахнула Хельга.
– А вы как думали? – спросил Кристоф.
Хельга немедленно опустила взгляд. Ей, очевидно, не хотелось видеть Кристофа. Он являлся представителем власти и был с ней довольно резок.
Помедлив, Хельга ответила:
– Да, но это утверждаете только вы, и никто больше.
– Он был мне как отец, – заверила Алана. – Фактически все эти годы я была уверена, что мы кровные родственники, что он мой настоящий дядя.
Глаза Хельги вспыхнули.
– Он все еще жив?
– Да, но…
Хельга с ужасом уставилась на дверь за спиной Кристофа:
– Он здесь, в замке?
Ее страх перед Паппи был очевиден. Страх вместо ненависти к человеку, укравшему ее дочь? Это показалось Алане странным. Она обратила внимание, что Кристоф тоже нахмурился.
Алана поспешно произнесла:
– Я понимаю, как пугает вас все то, что произошло много лет назад.
