Автор
В библиотеке когда правит страсть — история двух сердец, влюбленных во времена княжества. Леонард Кастнер и Лилиана Мартинес насквозь пронизаны силой их страсти, несмотря ни на что: политические революции или тайные браки.
Лишь когда его руки вновь обхватили ее, он спросил как ни в чем не бывало:
– Ты заметила, что Хельга ни разу не обратилась к тебе по имени? Как же звали ее дочь?"
"До сих пор такая мысль не приходила Алане в голову. Господи, она даже не знает своего настоящего имени! Очень уж была огорчена реакцией Хельги на новость о том, что ее дочь жива. Ведь Хельга даже ни разу не обняла Алану! Боже мой, но именно это захотела бы сделать любая мать.
Но Алана все еще злилась на Кристофа из-за его намерения использовать ее для поимки Паппи, поэтому просто пробормотала себе под нос:
– Она не была уверена до конца.
Кристоф саркастически фыркнул. Алана настаивала:
– Я понимаю, ты не можешь преодолеть подозрительность своей натуры, но ты прекрасно знаешь, что это ни о чем не говорит.
– Разве? Она до смерти перепугалась, когда я назвал тебя ее дочерью. Это было не просто волнение, Алана. Это был неприкрытый страх. Она что-то скрывает. И она постоянно лгала. Это было очевидно.
– Черт возьми, но что она может скрывать, помимо страха лишиться своего роскошного жилья? Этим и объясняется ее поведение.
Алана считала, что сумела найти достаточно убедительные доводы, не пришедшие Кристофу в голову, и рассеяла его подозрения, так как он больше ничего не сказал по этому поводу.
Она сразу поняла, зачем.
– О господи! – вскричала она, упираясь. – Я знаю, что ты задумал. Прекрати! Я не хочу быть его дочерью. Уж лучше пусть будет Хельга!
– Не тебе выбирать.
– Не смей ничего ему говорить! Зачем пробуждать напрасные надежды? Замкнутость Хельги вполне объяснима, и, боюсь, со мной это никак не связано.
– Я не собираюсь ничего ему говорить… пока.
– Тогда почему ты ведешь меня во дворец?
– Чтобы вы познакомились. Может, Фредерик пожелает извиниться перед тобой за такую долгую разлуку с матерью.
Кристоф лгал! Алана это знала.
